– Раньше к нему ходили большие компании, шумели иногда. И знаете, были среди них какие-то отморозки, со стеклянным взглядом, все стены пересчитает, пока по лестнице спустится. Потом прекратилось вроде, да и мы на входную дверь замок поставили, дежурства расписали, кто когда дверь запирает. Со Степой, думали, проблемы будут, молодой все-таки парень, что ему так рано домой возвращаться, но он или вовсе не приходил, а потом и вообще стал часто дома сидеть. На гитаре любил играть, мне часто слышно было. А уж если он во двор вечерами выходил играть, вся округа сбегалась послушать, как он поет. Была у него такая привычка, деревенский парень, – оправдывая Степу, пояснила Валерия Борисовна. – За то дружки и называли его иногда баюном. Хорошо пел.
– А чем он занимался? Друзья какие-нибудь были? Может, приезжал кто?
– Нет, – отмахнулась Валерия Борисовна. – Жил как волк в лесу, особенно в последнее время.
Поначалу хоть кто-то появлялся, а уж потом только Настя да этот, который убийца, изредка заходили.
– Почему вы думаете, что именно этот человек убийца? – упертая уверенность соседки начинала меня раздражать.
– Потому что больше некому, – непререкаемым тоном заявила Валерия Борисовна, теребя конфетную обертку.
– А точно никто больше не мог зайти? – не сдавалась я.
Валерия Борисовна с каменным лицом смотрела мимо меня, руки ее яростно терзали фантик от несчастной карамельки.
– Я сама запирала дверь на ключ. Склерозом пока не страдаю и, между прочим, очень аккуратна и пунктуальна, всегда точно выполняю свои обязанности.
– Но может, у кого-то был дубликат ключа?
От Валерии Борисовны ощутимо повеяло арктическим холодом, мои сомнения она явно воспринимала как личное оскорбление. Я поняла, что нарвалась на какой-то «больной» пунктик, и поспешила сменить тему:
– А вы ведь смогли бы опознать уб.., того человека?
– Безусловно, я могла бы опознать убийцу, – ледяным тоном ответила она. – В отделении с моей помощью даже составили его фоторобот. Очень похоже, кстати, получилось.
Эх, взглянуть бы!.. Хотя я и так не сомневалась, чей портрет там увижу. В голове появилась вредная идея, и, самую малость посомневавшись, я все же решила ее реализовать.
– Слушайте, Валерия Борисовна, – жутковатым шепотом зашипела вдруг я. – А ведь вы теперь в опасности! Если убийца узнает, что вы его видели…
Она испуганно взглянула на меня, такой мысли у нее явно не возникало.
– И правда, – заволновалась Валерия Борисовна. – Надо же…
Я многозначительно кивала головой.
– Минуточку, – спохватилась она, с подозрением глядя на меня. – Это что же получается, вы в газете это все и напечатаете?
Я отвела глаза в сторону.
– А вдруг убийца и на самом деле решит меня… ну, чтобы не указала на него.., убить? – последнее слово она произнесла на выдохе, почти неслышно.
«Что, посмертной славы не захотелось?» – с мрачным удовлетворением подумала я, выключила диктофон, долгим проникновенным взглядом посмотрела на Валерию Борисовну и наконец сказала.
– Что ж, я могу отложить публикацию на некоторое время, разумеется, так, чтобы она не успела потерять своей актуальности…
Валерия Борисовна торопливо кивнула, соглашаясь.
– Но и вы тоже должны как можно меньше распространяться об обстоятельствах произошедшего и о нашем разговоре в том числе. Ну а я, в свою очередь, очень надеюсь на вашу помощь. Ведь чем скорее мы разберемся в этом деле – сами знаете, как иногда медленно работают наши правоохранительные органы, – тем скорее вы будете в безопасности, а я, завершив журналистское расследование, получу отличный материал, который, кстати, во многом будет основываться на ваших показаниях, о чем я, разумеется, обязана буду упомянуть. Согласны? Тогда вот вам мой телефон, если что вспомните, звоните в любое время.
В машине я с облегчением вздохнула и на минутку расслабилась, закрыв глаза. Общение с подобными людьми очень утомляет. Хорошо, что окна Валерии Борисовны выходят на другую сторону дома, пронеслось в голове, а то сейчас бы чувствовала на себе ее пристальный взгляд из-за занавески. Она еще бы и номер моей машины записала.. Тьфу, неврастеничка! Сама же ей представилась и телефон оставила. Да, Валерия Борисовна у кого хочешь вызовет паранойю. Итак, Оля, что будем делать дальше? Почему-то Валерия Борисовна убедила меня, что соседи, скорее всего, действительно не открывали дверь, и эту версию я решила рассмотреть как запасной вариант. Оставив Степиных друзей и девушку вопреки всякой логике «на потом», ведомая каким-то шестым чувством, я поехала к Степиной квартиродательнице.
Через час, вдоволь поплутав по незнакомым переулкам и потеряв всякую веру в пресловутую женскую интуицию, я наконец нашла то, что искала.
Ах, я бы тоже не отказалась от такого наследства!
