- Наверное, он видел Софию, когда сидел под арестом на Боу-стрит. Она тогда спустилась в карцер. Господи, да я этого ублюдка разорву в мелкие клочья! - сердито воскликнул Росс, однако тотчас прикусил язык, почувствовав на себе любопытные взгляды присутствующих. Их наверняка теперь мучил вопрос - с чего это главный судья так разъярился?
- Морган, - Росс заставил себя понизить голос едва ли не до шепота, возьмите на себя переговоры, а я нанесу визит этому Джентри.
- Подождите, - запротестовал Морган. - Мне еще ни разу не доводилось улаживать трудовые споры.
- Что ж, вот вам и случай поучиться. Желаю удачи.
С этими словами Росс поднялся из-за стола и зашагал к выходу, где, привязанная к столбу, его поджидала верховая лошадь.
***
София никак не могла понять, что он за человек, ее брат, плох он или хорош. Пока они разговаривали, она все пыталась уразуметь, каким же он стал, в кого превратился за эти годы. Да, перед ней была поистине сложная натура, человек, который ни во что не ставил как собственную жизнь, так и жизни других людей.
"Кто не рискует, тот не пьет шампанского", - не раз приходилось слышать ей на Боу-стрит. Что ж, эти слова объясняли многое - например, откуда в преступниках, которые в конечном итоге попадали на скамью подсудимых, было столько гонора. Эти слова как нельзя лучше подходили к Нику Джентри. Безусловно, это был любитель рисковать собой, настоящий преступник, жестокий и одновременно галантный. Чел век, исполненный честолюбивых стремлений, в чьих жилах текла голубая кровь, но который не унаследовал к ней в придачу ни земли, ни образования, ни состояния, ни связей. Казалось, тот успех, который сопутствовал ему как преступнику, превратил его в свирепого дикаря, непоколебимо уверенного в своей силе и ловкости.
В конце концов, преодолев сомнения, София осмелилась рассказать ему о годах жизни, проведенных в Шропшире, о том, как она прониклась желанием отомстить за его "смерть", как решилась одна приехать в Лондон, чтобы покарать Росса Кэннона.
- Интересно, и каким же образом ты намеревалась это сделать? - спросил Джентри, испытующе глядя ей в глаза.
София покраснела и решилась на полуправду.
- Я надеялась собрать в архивах компрометирующие его сведения.
Нет, она не собиралась кривить перед братом душой, однако внутренний голос подсказывал ей, что будет лучше, если она умолчит о своих отношениях с сэром Россом. Ведь главный судья Боу-стрит и ее брат - заклятые враги.
- Какая умница! - усмехнулся Джентри. - Скажи, у тебя и вправду есть доступ в архив?
- Да, но я...
- Великолепно! - Джентри откинулся в кресле, разглядывал носки ботинок. - Значит, ты можешь кое-что для меня узнать. Оно даже к лучшему, что ты сейчас работаешь на Боу-стрит.
Мысль о том, что Ник Джентри будет использовать ее в своих, наверняка сомнительных, преступных целях, ужаснула Софию.
- Нет, Джон, я не стану шпионить ради тебя, - упрямо покачала она головой.
- Ну совсем немножко, - с заискивающей улыбкой произнес тот. - Ты ведь хотела бы мне помочь? А я, в свою очередь, помогу тебе. Так мы вместе отомстим этому Кэннону.
София даже рассмеялась самоуверенности брата.
- Но ведь я хотела отомстить ему за то, что он, приговорив тебя к каторжному судну, отправил тебя на верную смерть.
Джентри злобно сверкнул глазами:
- Что ж, Кэннон действительно отправил меня на верную смерть. И черт возьми, в том, что я остался жив, его заслуги нет!
- После всех преступлений, что были на твоей совести, любой другой на его месте без малейших колебаний отправил бы тебя туда же, - возразила София. - Ведь ты и твои сообщники ограбили карету, убили ни в чем не повинного старика...
- Старикана я не убивал, - вмиг ощетинился Джентри. - Мне нужны были только его деньги, а не жизнь. По голове его стукнул другой.
- Что ж, может, в твои намерения и не входило его убивать, но результат один - человека не стало. Ты же из простого грабителя превратился в сообщника убийцы, - сказала София, но потом, заглянув брату в глаза, продолжила уже чуть более мягко: - Увы, прошлого уже не вернуть. Нам остается одно - строить свое будущее. Но так дальше продолжаться не может. Подумай сам, Джон.
- Это почему же?
- Потому что нельзя считать себя неуязвимым. Рано или поздно ты совершишь ошибку - такую, которая приведет тебя прямо на виселицу. Мне страшно подумать о том, что я могу потерять тебя во второй раз. К тому же разве та жизнь, которую ты ведешь, для тебя? Разве ты был рожден для того, чтобы...
- Моя жизнь устраивает меня во всех отношениях, - оборвал ее Джентри. София, не знаю, каким ты меня помнишь, но теперь я совершенно другой человек. Ты меня поняла?
- Нет, - упрямо ответила она. - Я не понимаю, как ты можешь жить так, как живешь. Ты ведь достоин лучшей участи, ты лучше, ты выше, ты благороднее...
Но Ник Джентри лишь горько усмехнулся.
- Это говорит о том, что ты знаешь.
