Римма ехала недолго. Уже за вторым перекрестком в ее машину сел молодой человек. Запрыгнул он на светофоре и так быстро, что подруги толком не успели его рассмотреть. Увидели только, что одет он в кожаную темную куртку, джинсы и кроссовки. Целоваться с Риммой они не стали. Из чего подругами был сделан еще один вывод: эти двое – не любовники, а деловые партнеры или просто знакомые.
На этот раз они ехали дольше. Остановились возле бистро, которое так и называлось – «Бистро». И было самой что ни есть типичной дешевой разливухой и закусочной со скудным ассортиментом блюд и еще более скудным ассортиментом напитков. Водка, пиво, портвейн. Котлеты из чего-то, отдаленно напоминавшего мясо, и бледные пирожки с капустой.
Но Римма и ее знакомый пришли сюда не есть. Устроившись за угловым столиком, они взяли по кружке пива, к которому так и не притронулись, нервно закурили. И Римма сказала:
– Ты слышал, что случилось с Ленкой?
– Ренат мне звонил.
– Как думаешь, это ее из-за нас?
– Кто?
– Сам знаешь!
Молодой человек долго не отвечал. И у подруг, которые самым нахальным образом устроились за соседним столиком и подслушивали, оказалось достаточно времени, чтобы разглядеть парня. На вид ему было лет двадцать пять – двадцать семь. Неоперившийся цыпленок, который изо всех сил старался казаться взрослой птицей, такое сложилось у Киры с Лесей о нем впечатление.
– Ну что? – поторопила Римма своего знакомого. – Могли?
– Да кому она нужна?
– Вопрос не в том, кому нужна. Вопрос в том, кому она помешала!
– Ну и что?
– А вдруг это ее… хозяева?
Парень смотрел на Римму, словно она свалилась с Луны. Римма нервно закурила еще одну сигарету и продолжила:
– Не смотри на меня так! Вполне могли! Вспомни, сколько денег мы у них украли!
– Молчи! Не так уж и много!
– Не так уж и много! – передразнила его Римма. – Вот сколько ты имел от каждой сделки? Тысяч пятьдесят тебе отваливалось?
– Ну… да. Иногда и больше.
– И мне тоже. А ты вспомни, сколько нас в деле?
– Сколько? Ренат, баба Нюша и Колька с Витькой. Но им всем больше пятерки никогда не перепадало.
– Очень прекрасно. Пятерка! А теперь ты посчитай. И Ленку тоже не забудь. Она-то себе самый жирный кусок всегда норовила урвать. Не меньше шестидесяти, иначе с ней нечего и разговаривать было. Сколько всего получается? Ну…
– Мне пятьдесят. Тебе пятьдесят. Двадцать – тем четверым. И шестьдесят – Ленке. Всего сто восемьдесят тысяч. Заметь, я беру по минимуму.
– И так каждый месяц. А то и два раза в месяц, – заключила девушка.
– Ну и что?
– Нет, ты совсем тупой, Владик! – разозлилась на приятеля Римма. – Это же огромные деньги!
– Не такие уж и огромные. Лично я свои тратил всего за пару дней!
– Так это ты у нас такой шикарный парень. А другие люди за эти пятьдесят тысяч по два месяца вкалывают. Да у тебя рабочие в отделе столько не зарабатывают!
– Положим, некоторые зарабатывают.
– Но не все же!
– Не все!
– А ты каждый месяц хапал. И я тоже. Рано или поздно это должны были заметить!
– И чего? Из-за бабок Ленку, что ли, убили?
– А по-твоему, ее этот ревнивый дурак Гоша зарезал?
– Он мог. Ленка вечно ему рога наставляла!
– Она всегда действовала осторожно. Домой к себе любовников не водила. И даже если Гоша за ней бы и заехал среди ночи, то Ленка всегда могла сказать, что у меня ночевала. И звонок она ему контрольный делала. Гоша после десяти трубку не брал. Но звонок же ему все равно проходил! А на следующий день Леночка, накувыркавшись где-то в другом месте и трогательно краснея от негодования, еще ему и выговаривала, какой он плохой и как мало внимания ей уделяет. Нет, с Гошей у Ленки все было плотно продумано. Тут что-то другое…
– Что?
– И, сколько я ни думаю, ничего, кроме того самого, мне на ум не идет.
– Так что же это? – занервничал Владик. – Выходит, и нас с тобой тоже могут? Того… Порезать?
– Ну! О чем я тебе и говорю!
– Так это же… Того… Сваливать надо!
– Погоди! Во-первых, куда сваливать? Во-вторых, может быть, и не надо. Сначала нужно выяснить, кто именно пришил Ленку.
– Как это?
– Ленка вечно мужикам головы кружила. Думаю, что если это не Гоги, то кто-то другой тоже вполне мог ее из ревности прирезать.
– Ты ее приятельница, ты и выясняй! – быстро отказался Владик. – Это ваши женские штучки. Я этих ваших делов не знаю!
– Делов! – передразнила его Римма. – Не знает он! А что ты вообще знаешь?
– Слушай, чего ты на меня взъелась? Я виноват, что ли, что Ленку застукали?
Владик сказал это и осекся. А Римма ахнула:
– Как? Как застукали?! Говори, идиот!
– Никак. Забудь. Еще обзывается! Я ничего тебе не говорил!
– Как это забудь?! Как – забудь?! Ленку убили! А теперь выясняется, что раньше ее еще и застукали! Как я могу об этом забыть?!
Голос Риммы вибрировал в опасных децибелах. Того и гляди, у красотки могла начаться истерика. И Владик тоже это понял.
– Ну ладно, – буркнул он. – Притухни! Может, ничего страшного еще в этом и не было.
– Нет уж! Ты мне все расскажешь!
– Да нечего там рассказывать, – нехотя отозвался Владик. – На проходной вместо прикормленной бабы Нюши сидела другая какая-то тетка. А Ленка возьми да и сунься к ней.
