Неожиданные слезы подступили и обожгли глаза, горечь заполнила сердце, он готов был разрыдаться и в который раз испугался силы чувств, которые у него вызывала эта девушка. Виктор подумал, что, возможно, выбранная им тактика полного игнорирования в корне неверна. И это лишь подстегнуло его чувство. Симпатия, смешанная с интересом, переросла в нечто большее.
«Я просто дурак! – ругал он себя. – Надо было встречаться с ней, заниматься сексом, много общаться. Возможно, это уже охладило бы меня».
Виктор вернулся на террасу, неся поднос с кофейным сервизом и вазочкой, заполненной домашним печеньем. Увидев обнаженную Николь, стоящую в эффектной позе возле перил, он чуть не выронил поднос. Все ее тело было расписано диковинными яркими цветами. Никос фотографировал ее на планшет, Клод сидел в напряженной позе и делал быстрые наброски карандашом.
– Ребята, вы, вижу, не стесняетесь! – сказал Виктор, поставил поднос на столик и поднял с пола платье-балахон девушки.
– Я приехал на Лидо пописать море, сегодня чудесный солнечный день, тихий и ясный, словно улыбка ребенка, – пробормотал Клод, не отрываясь от рисунка. – И случайно встретил на берегу ребят.
– Тесен мир! – рассмеялся Никос. – Мы участвовали в фотосессии в стиле боди-арт. Но у меня было расписано только лицо, а Николь покрывали узоры с ног до головы, как ты видишь. Мы стояли обнявшись, олицетворяли собой как бы двуполое существо… Так нам объяснил фотограф.
– А ведь это сам Микеланджело ди Баттиста! – с гордостью добавила Николь.
– Мне это ни о чем не говорит, – равнодушно ответил Виктор, изучая худощавую фигуру девушки, ее кожу, расписанную как картина.
– Это известный фэшн-фотограф, – пояснила она, – его снимки регулярно публикуются в Harper’s Bazaar, Vogue и других.
– Я не читаю модные глянцевые журналы, – с усмешкой проговорил Виктор. – И вообще далек от этого мира.
– Но одеваешься ты в известные брэнды! – заметил Клод и рассмеялся.
– Беру, что нравится и в чем удобно, – нехотя ответил Виктор и начал разливать остывший кофе по чашечкам.
– О, кофеек! – обрадовался Никос, отложил планшет и уселся за столик. – То, что надо!
Виктор усмехнулся. Непринужденность ребят и радовала, и слегка напрягала.
– Я увидел отражатели у самой воды и фотосъемку, – продолжил Клод, не переставая зарисовывать замершую Николь. – И подошел. Никоса узнал сразу, несмотря на его расписное, как пасхальное яйцо, лицо. А с Николь познакомился уже после окончания фотосессии. Краска для боди-арт плохо смывается.
– Аквагрим покрыт фиксирующим спреем, – встрял Никос.
– Тут-то я и вспомнил о твоей вилле и предложил ребятам пойти к тебе и как следует помыться, – невозмутимо продолжил Клод. – Благо мы были совсем рядом. Ты же сам меня приглашал.
Виктор онемел от такой вольности, с языка чуть не сорвалось, что у него тут не «общественная баня, открытая для посещения в любой день», но, глянув на ребят, понял, что его возмущение будет выглядеть смешным и в чем-то нелепым. Для них такое поведение было нормой. И художники и модели были своего рода детьми всего мира, чувствовали себя везде как дома и особо не заморачивались правилами этикета.
– Да, конечно, – любезно ответил Виктор, взяв себя в руки. – Ванная на втором этаже, можете воспользоваться.
– Ты супер! – восхитилась Николь и захлопала в ладоши. – А то у меня уже все тело чешется. Не так-то это безопасно, как уверяют нас художники, рисующие на теле.
– И не говори! – заметил Никос. – Поначалу приятно, но потом! Еще и аллергия бывает на некоторые красители.
– Я мыться! – весело сказала девушка. – Может, кто-то хочет составить мне компанию?
И она выразительно глянула на Виктора.
– Могу спинку потереть! – оживился Никос.
– Ты? – явно удивилась Николь и передернула плечами. – А ты разве мужчина?
– А при чем тут моя половая принадлежность? – расхохотался Никос и пошел вслед за ней.
Ребята скрылись за дверьми, Клод еще какое-то время не отрывался от рисунка. Виктор устроился напротив и грыз яблоко, наблюдая за художником. С языка рвался вопрос о Лизе, но он сдерживал себя.
– Ты не в обиде, что мы так вот заявились без предупреждения? – все же спросил Клод, наконец закончив рисовать и отложив блокнот.
– Мог бы, конечно, и позвонить, – с улыбкой ответил Виктор. – А вдруг бы меня дома не оказалось?
– Развернулись бы и ушли, – равнодушно ответил Клод. – Но я хотел набрать твой номер, да тут обнаружил, что не переписал его со старого смартфона. Благодаря твоей щедрости я приобрел новую модель айфона, – довольно добавил он.
– Я рад, – ответил Виктор.
– Правда, обнаружив, что твоего номера нет в памяти, я позвонил Лизе, хотел узнать у нее, – продолжил Клод. – Уж у нее-то точно есть!
– И что Лиза? – напряженно спросил Виктор, чувствуя, как противно потеют ладони.
