Возможна ли платоническая любовь? Где грань между дружбой, душевной близостью и любовью? На эти вопросы человечество не найдёт ответов никогда. Всё зыбко в человеческих отношениях и индивидуально.
Скоро пробьёт полночь, а я ещё и глазки не сомкнула. Третий день после операции. Обезбаливающие врачи отменили, а как утихомирить боль не сказали. Вот , хожу- брожу по ночному коридору хирургического отделения № 1, чтобы не мешать соседкам по палате спать.
Коридор длинный, дошла до его конца ? Молодец, перевела дыхание, пошлёпала обратно. Я устану от ходьбы, и это мне поможет уснуть, обязательно поможет. Хотя, если честно, грех мне жаловаться на боль. Она- то объяснима и понятна – полостная операция. А вот полтора года до этого были настоящим адом. Приступы боли доводили до потери сознания, а диагноз поставить доктора не могли. Я меняла врачей, клиники, диагностов. Но, увы, никакой определённости в вопросе – что вызывает такие сильные приступы боли? Тогда, пришла на приём к главному хирургу города и попросила.
– Разрежьте меня, пожалуйста, посмотрите, что там внутри меня так мучает. У меня силы на исходе , муж , двое детей подростков, я им нужна и должна жить, а не существовать от приступа до приступа.
– Разрежем, отчего же не разрезать, если человек просит? Мы всех режем, кто попросит. – Ответил доктор. Пошутил он так, а я заплакала. Так, как моральные силы мои уже иссякли совсем.
Полное обследование под его контролем, наконец-то установленный диагноз, операция, проведенная ним же – главным хирургом города. Прогноз на выздоровление нормальный, но восстанавливаться надо будет долго, с полгода, как минимум. Так, что ходим, товарищи больные, ходим и восстанавливаемся.
Из палаты, где лежит «тяжёлый» дедок слышен слабый голос. Несмело приоткрываю дверь.
– Вам сестричку позвать или санитарочку?
– Мне… мою… любовницу зови… Пускай наркотика ..мне ширнёт…Тошно мне…
– Хорошо. Потерпите немножко. Я хожу медленно ещё, сейчас позову кого-нибудь.
– Не кого-нибудь, а…мою… любовь…
В ночной смене работала медсестра Наташа, милая 35-ти летняя девочка, моложе меня лет на 10, поэтому и называла я её девочкой. И молчаливая санитарка Нина, которой было далеко за 50-т. Поэтому, определить, кто больше подходил на роль «любовницы» не составило труда, и я стала искать Наташу.
Войдя в бытовку, где медсестра «обедала» , время то было ночное обеденное , полпервого ночи, я сказала.
– Там тебя любовник зовёт, Наташа.
– Спасибо, иду. Неугомонный Василий Петрович гоняет Вас. А вообще-то, почему Вы не спите? Болит?
– Да, болит…
– Ничего, сейчас что-нибудь придумаем. Садитесь, вот, чайку попейте. Я Вам туда мяты добавлю, чтобы уснуть легче было. – Поставив передо мной большую чашку ароматного чая, Наташа ушла на «свидание» к тяжело больному Василию Петровичу.
А я, удобно устроившись, полулёжа , на кушетке, стала пить чай.
Наташа вернулась быстро.
– Весёлая ночка предстоит, чувствую.
– А что у него за болячка?
– Рак. Последняя стадия. Два раза в сутки морфий колем. Уже не хватает на 12 часов. А что я могу сделать? Уколола димедрол, может , хоть чуть облегчит.
– Почему его в онкологию, в соседний город не отправят?
– Не довезут.
Наташа взяла чашку, добавила из чайника горячего чая и стала пить.
– Наташ, а у тебя есть любовник? Или был? Ну, ты не обижайся, просто, ты так спокойно относишься, когда тебя называют любовницей.
Наташа грустно улыбнулась.
– Да, что же мне на больного деда обижаться? А любовник … Я даже не знаю – считать это любовником или нет, но что-то такое было.
– Расскажи, как это , что и сама не знаешь – был или не был? А если стесняешься то не надо, не рассказывай. У меня такого в жизни не случилось, вот. Жуть , как боялась связей на стороне. Хоть и интересовались мной мужчины. Врать то я не умею, а семья, муж, дети могли пострадать. Я же люблю их больше жизни, боялась обидеть.
– Хорошо, сейчас обойду свои «владения» и расскажу. Нечего скрывать , в общем-то.
Наташа вышла, а я поставила на стол пустую чашку, размяла ноги, переместившись в удобное кресло, на правах гостьи. В бытовку заглянул дежурный доктор , ординатор Миша, с пустой чашкой в руках. Наполнив её из чайника, отругав меня за то, что не в постели, поинтересовавшись, где медсестра, он удалился.
Наташа вернулась, удобно устроилась на стуле, вытянула ноги, затылком упёрлась в стену и начала рассказ.
– Я окончила мед училище и по направлению попала работать в это отделение. Главврачом в то время был Станислав Григорьевич Веселов. Ему было слегка за сорок, но должность он занимал по праву . Хороший специалист, спокойный, умный, справедливый, хоть и слегка грубоватый в общении. А ещё он организовал чётко отношения в коллективе отделения . Никаких склок, разборок , работа и только работа. Остальное – за пределами отделения. Я проработала лет 5, вышла замуж, родила Егорку , когда он стал меня уговаривать стать хирургической мед. сестрой. Как он говорил, у меня были все данные – внимательная, уравновешенная, не поддаюсь панике, выносливая. Да, операции иногда идут по много часов и выносливость тут необходима. Зарплата выше. Плюс за ургентность доплачивают. Короче, сосватал он меня. Постажировалась пару месяцев и стала работать.
