— Не выдерживали напора Канста. В силу его молодости и мощи как мага, он весьма требователен. Постараюсь все объяснить. В общем, Азиэль, выбор у тебя простой. Либо ты соглашаешься и становишься его любовницей, ведешь себя правильно и остаешься жить. Либо я сейчас тебя отправляю домой, но не думаю, что у тебя есть шанс дожить до утра.
— Вы так просто это говорите?
— А ты думаешь, я тебя пожалел? На самом деле тебя попытались убрать те силы, которые давно охотятся на Канста. Не с целью убить, а с целью подставить, потому что убить его чрезвычайно сложно даже мне, а ведь как мага его учил я.
Он промолчал, затем спросил:
— Что ты знаешь о магах? Помимо школьной программы, естественно.
— Ну, я…
— Понятно. Азиэль, остался последний шанс выйти и не ввязаться во все это.
— И умереть?
Премьер- министр раздраженно поставил пустой бокал на стол. Хрупкий сосуд не выдержал встречи со столешницей, разлетаясь вдребезги.
— О да, все вы говорите, что жить хочется! Все строят из себя жертв обстоятельств, только в глазах начинают работать калькуляторы выгоды. Сколько ты еще поиграешь в невинную жертву? Рекорд был у Тариссы — одиннадцать месяцев, затем она рискнула требовать у Канста оформить развод с Рендиной, а когда получила ожидаемый ответ, захотела поторговаться с последней. Дура.
— Ее нашли отравленной, — прошептала я.
— Ее предупреждали. Яд был прикрытием, его ввели, когда она уже умерла. Так что не факт, что ты выживешь, если станешь любовницей.
— Отсрочка есть. А дальше я что-нибудь придумаю. Я жить хочу.
Премьер министр вновь покосился на меня, затем махнул рукой:
— Присаживайся к столу. Нам до полуночи время коротать. И ешь, ты целый день голодная.
Он дождался, пока я пересяду, даже протянул вилку с ножом:
— Извини, запамятовал. В общем, условия те же. Как только ты предашь Канста, то ты мертва.
— Я хочу знать, почему убрали остальных любовниц. Что произошло с рабынями? Почему Его ве… Почему Канст нуждается в услугах девушек, если у него такая красивая жена? Расскажите мне, что я должна сделать, чтобы выжить.
— Самый простой вопрос про рабынь. Они предпочли покончить с собой, чем разделить ложе с магом. Гарустажанки боятся, что заберут их душу. Иногда они соглашались на одну ночь, но повторно… А в рабынях только местные, которых продают родные, чтобы погасить долги. Насчет остального же. Я расскажу тебе.
Разговор растянулся на часы. В приюте нам рассказывали, что муж-маг это великая честь и большая ответственность, потому что от спокойствия мага в быту зависит его сила. Девочки шептались по углам о постели, не такой уж наивной я была, знала и об интимной стороне жизни, просто столкнуться не пришлось. К счастью или нет, не знаю. Иногда директор приюта уводила девочек из общей комнаты по вечерам, часто они не возвращались, лишь помощницы собирали их вещи. Уже перейдя в колледж, я встречала некоторых из них, обычно в сопровождении мужа и ребенка.
Мной спонсоры не интересовались, а в остальном нравы были строгие, мы были под постоянным надзором.
Эрг Дюэль бесстрастно пояснил, что у любого мага есть определенный резерв сил, у каждого свой. Магические потоки нестабильны, словно закипающее молоко и их контроль отнимает много сил. Очень хорошо помогает выдержка и спокойствие, однако организм реагирует физически на всплески. И если восстановить потерянный резерв помогает восполнение калориев, то гасить откаты помогал секс. А значит для мага жизненно необходима полноценные интимные отношения, потому что потеря контроля смертельно для мага.
Это знает Канст, Эрг Дюэль и знает Рендина.
Но это позже, сейчас вернемся к империи. Наряду с жесткой моралью, царящей в обществе, магам в силу их малочисленности, дано послабление. Неженатым разрешено иметь рабынь, несмотря на то, что рабство вне закона. Да, в Валакании маги только мужчины. С учетом того, что любой маг может строить порталы, их дома находяться в Гарустаже, где рабство официально разрешено. Но в Гарустаже столкнулись с суеверием местного населения, которые боялись магов. И это несмотря на близость к странам южного материка, где маги встречаются и среди женщин. Девушки предпочитали покончить жизнь самоубийством, чем разделить ложе с пришельцем, которые, как они думали, могли забрать их душу. Поэтому магам пришлось раскошеливаться на личных рабынь, дома терпимости не спасли, проститутки отказывались обслуживать одаренных.
Удивительно, но заплаченные деньги делали рабынь сговорчивее. Они выполняли капризы хозяина, и валаканские маги вздохнули свободно. Все, кроме Дюэля.
