Император не обратил на меня внимание. Он подошел к столу взял протокол, изучая его, затем протянул Эргу:
— Из-за этого сыр-бор? Что такого из ряда вон выходящего произошло?
— Нарушение процедуры, но я бы даже не обратил внимание, если бы господин Занк так не упрямился в предоставлении первоначальной кляузы. Барышни смелы лишь на бумаге.
Горничные стояли ни живы ни мертвы. Что же до меня, то я боялась пошевелиться и не поднимала головы, пряча за собой Мака. Где начинался спектакль и где заканчивались реальные события — непонятно.
Под строгим взглядом Его величества начальник службы безопасности протянул лист бумаги. Император пробежал глазами и присвистнул.
— Рендина, ты вступилась за своих горничных, а ты в курсе, что девушки стояли и подслушивали под дверью Ринтар? Услышав мужские голоса в ее квартире, они тут же сообщили об этом в управление. Эрг, ты видел?
Премьер-министр пробежался глазами по протянутой записке:
— У меня вопрос, а что две горничные делали в корпусе для госслужащих под дверью именно госпожи Ринтар, если их как рабочее место, так и комнаты находятся в здании на другом конце?
— Мы мимо проходили, когда гуляли, — пискнула одна.
Прачрит хмыкнул:
— Господин Дюэль, простите за вмешательство, однако квартира госпожи Ринтар находится на втором этаже, так что никак мимо гулять они не могли. На площадке, кроме госпожи Ринтар, проживают сотрудники архива — две вдовы почтенного возраста и главный архивариус, мужчина. Вот теперь и мне интересно, у кого гуляли барышни?
— Интересный факт. С этим отдельно надо будет разобраться, — Эрг переключился на меня, — однако мужские голоса — серьезное обвинение, тем более услышать их за закрытой дверью квартиры незамужней девушки поздно вечером — вполне подозрительно, тем более весь персонал подписывался под правилами, которые включают и морально-этический портрет придворного.
“Радио, Аззи, новости” — прошелестел голос.
Мне не были понятно, откуда появлялись в голове фразы, сказанные Дюэлем. Телепатия? Но я же обычный человек, мне такой способ общения недоступен. Или мне все померещилось? Тогда на балу, сейчас, и еще в самом начале. Что это? И если это он, то как он и просто говорит и…
— Госпожа Ринтар, я вас спрашиваю, — повысил голос Дюэль.
Я вздрогнула, пытаясь решить, следовать совету или нет? Что сказать? Как они могли услышать наш разговор с императором? Мы же были в комнате.
— Я слушала новости.
— Так громко?
— Радио на кухне, а я убиралась в комнате, — пояснила я.
— В момент осмотра радио молчало, — вмешался Занк.
— Потому что Мак уснул, — выдавила я из себя, понимая что звучит нелепо.
— Кто??? — удивление окружающих было неподдельным.
Вместо меня ответил щенок. Он тявкнул и завилял хвостом, когда император перевел на него взгляд.
— Ирдархский волкодав? Откуда у вас столь редкий пес?
— Я купила отказничка в зоомагазине, все документы в порядке.
— Интересный выбор, госпожа Ринтар. Он вас подпустил? — император присел к малышу и потрепал слегка, — но это слишком серьезная собака для девушки. Отдайте мне его.
— Это выбраковка, — недовольно заметила Рендина, — чистокровный ирдархский волкодав не подпускает к себе чужаков, кроме ирдархянина.
— Глаза молочные, Рендина. Насколько я знаю, в Тиркании тоже есть снежные псы.
Я наклонилась и подхватила малыша, испуганно делая шаг назад:
— Простите, Ваше величество, это мой пес.
Мне было страшно. Даже не страх, животный ужас охватил меня всю, но отдать Мака я не могла. В глубине души теплился хрупкий огонек надежды, что император играет роль, что он не заберет подарок назад.
— Вы спорите? Ваша участь сейчас незавидна, на вас обвинение в аморальности, а вы не хотите отдать пса?
— Ваше величество, я выросла одна, от меня отказались родители. От Мака отказались хозяева. Я не предам его. Вы можете отнять силой, но добровольно я его не отдам.
Мой голос дрожал от страха, я не верила никому.
“Тише, Аззи, все хорошо”.
Император повернулся к остальным.
— Я думаю, на этом закончим нашу встречу. Эрг, проследи за тем чтобы хоть сейчас все было правильно. Рендина, идем. Ах да, госпожа Ринтар, берегите собаку, ирдархцы питают слабость к этой породе, что может послужить хорошим бонусом в переговорах.
Вслед за императорской четой ушли и фрейлины. Через полчаса нам выдали протокол, который я быстро подписала. Часы показывали начало второго. Прачрит потер лоб:
— Я провожу вас, госпожа Ринтар, время позднее.
— Прачрит, ты мне нужен будешь потом, — хмуро промолвил Дюэль, не вставая со стула.
— Я вернусь.
В гробовом молчании меня отвели до дверей квартиры, молча же отвесили поклон и исчезли.
У меня хватило сил добраться до кровати и уснуть, предварительно поставив будильник на полпятого. Мак нахально забрался на кровать, но прогонять его не стала. Лишь понадеялась, что император сегодня сжалится.
Проснулась я от рук, что нахально гуляли по телу.
— Ваше величество, — тихо пробормотала, понимая, что сил открыть глаза нет.
— Глазки открой.
— Не могу, — честно призналась ему. Сил хватило лишь повернуться и раздвинуть ноги, чтобы мужчине было удобней.
