— Вот дерьмо, — простонала я. — Возможно, ты был прав насчет бреннивина.
Он поцеловал меня в лоб.
— Я приготовлю кофе.
К тому времени, как мы поднялись на борт «Боинга-747», который должен был доставить нас в аэропорт О’Хара, я уже выпила три чашки кофе и съела два тоста, и я только начинала чувствовать себя человеком. Джефф сказал мне, что чувствует себя совершенно нормально, что у него были и более безумные ночи, но я заметила, что он двигался медленно и закрыл штору в самолете, убрав болезненно яркий солнечный свет.
Улыбающаяся блондинка-стюардесса принесла нам апельсиновый сок в тяжелых стеклянных бокалах, пока мы ждали взлета. Локи поднял свой, и мы с Джеффом повернулись к нему, держа бокалы так торжественно, как только позволяли кресла в самолете.
— За Девять Миров, — провозгласил Локи. — Пусть они долго стоят.
Мы чокнулись бокалами с апельсиновым соком и выпили одновременно, когда массивные двигатели ожили под нашими ногами.
Чикагскому университету требовалось нечто большее, чем беспрецедентное глобальное сейсмическое событие, чтобы изменить свой график, и поэтому я должна была защищать свою докторскую диссертацию пятнадцатого мая, в дату, которая была назначена почти год назад.
Моя семья прилетела в Чикаго четырнадцатого мая. Я встретила их в пункте выдачи багажа в Международном аэропорту О’Хара, который все еще представлял собой катастрофу из пластиковых листов, лесов и тяжелого строительного оборудования после повреждений, нанесенных землетрясениями.
— Доктор Капелло! — кричал мне папа с другого конца аэропорта, размахивая руками.
— Папа, ты пока не можешь меня так называть, — сказала я, обнимая его. — Сначала мне нужно защитить диссертацию.
— Эй, доктор, вы не могли бы взглянуть на мою странную сыпь? — спросил брат, улыбаясь мне, обнажая свои иггдрасильские шрамы.
— Отвратительно, Джефф. Я не такой доктор.
— О, он знает, он знает, — сказала мама, размахивая руками. — Доктор философии, мы понимаем. И ты будешь профессором! В Калифорнийском университете в Санта-Барбаре, да?
Я закатила глаза.
— Мам, мне не понравилось предложение Санта-Барбары. Я бы застряла там в преподавании вводных классов на всю оставшуюся жизнь.
— Знаю, — сказала она со вздохом. — А как же Стэнфорд?
Я невольно улыбнулась.
— Ну, для начала они должны пригласить меня на собеседование.
— О, пригласят, — сказала мама, потрепав меня по щеке.
Потом Ди вручила мне малышку Деви, и я провела остаток нашего времени в зале выдачи багажа, целуя племянницу в шею и заставляя ее неудержимо хихикать.
Потребовалось много времени, чтобы вначале доставить семью Капелло в отель, где остановились мама с папой, чтобы оставить там багаж. Потом отвезти всех во «Фламинго» в Гайд-парке и, наконец, довести до моей квартиры. Я заказала огромную пиццу, и мы сидели за обеденным столом из вишневого дерева, пили вино, играли в прятки с Деви и говорили о землетрясениях.
— Они уже перестраивают отель «Дель Коронадо», — сказал папа, доставая телефон, чтобы показать мне фотографии.
Я пересадила Деви на другое колено и наклонилась, рассматривая его фотографии. Землетрясения и вызванные ими приливные волны не были столь разрушительными в Сан-Диего, как дальше по побережью, в Сан-Франциско или Сиэтле, но старый отель «Дель Коронадо» был сметен в Тихий океан, как замок из песка. Пляж Коронадо выглядел так же, как и всегда, с разбитой дырой из крошащегося бетона и дерева за ним. Забавно, что постоянно меняющийся пляж мог выжить без единой царапины, в то время как исторический отель был разрушен.
— Дорогая, я не понимаю, как ты можешь жить с такой маленькой кухней, — сказала мама, появляясь с рулоном бумажных полотенец под мышкой. Она начала вытирать стол.
— О, мам, без проблем, — сказала я.
— Не верю, — сказала она. — Мне кажется, что Ди и Джеффу пора готовить ванночку для Деви. И, о, этот стол прекрасен!
Малышка Деви, наконец, заснула в центре моей кровати, свернувшись калачиком рядом с Ди. Я прикрыла дверь в спальню и присоединилась к Джеффу в гостиной.
— Они вернулись в отель? — прошептала я.
— Ага, только что получил сообщение. Мама сказала, что все прекрасно.
Я улыбнулась. Тогда третья бутылка вина была хорошей идеей.
— Как поживаешь? — спросила я, взглянув на красивое, но истерзанное лицо брата. Его шрамы несколько загорели, отчего извилистые узоры ветвей Иггдрасиль на щеках и лбу казались чуть мягче.
— Неплохо, — сказал он, пожав плечами. — Папа говорит мне взять управление компании на себя.
— Да, ладно? Возьмешь на себя заботу о компании Капелло?
Он кивнул.
— Он говорит, что слишком стар для этого. У нас сейчас такой завал на работе. Все повредилось после землетрясений, знаешь ли.
— Жаль, что мы не смогли сделать лучше, — тихо сказала я. — Жаль, что мы так опоздали.
— Не говори так, — сказала Ди. Она закрыла за собой дверь спальни и встала рядом с Джеффом, положив руку ему на плечо. — Вы спасли миры.
