Потом встал со стула, подошел ко мне, опустился на одно колено, как в классических романтических фильмах. Достал из кармана маленькую золотую коробочку. Внутри у меня все похолодело и оборвалось. В горле пересохло от волнения и страха. А руки затряслись. Олег открыл коробочку, и я увидела на черной бархатной подушечке золотое кольцо с большим сияющим камнем. Свет падал на него, и камен сверкал, искрился, переливался своими гранями так, что глаз невозможно было отвезти. Интересно, что это за камень. Может, бриллиант? Хотя вряд ли. Таких больших не бывает, наверное. Я постеснялась спросить, только неотрывно смотрела на кольцо, потеряв дар речи. Олег прокашлялся.
— Настя… я хочу быть с тобой. Выйдешь за меня?
Я не знаю, сколько лет я ждала этих слов. Все мои подруги уже давно устроены, некоторые уже по второму разу выходили замуж. Я была на свадьбах и у Маринки, и у Наташи. У обеих поймала букет невесты, только когда это было… И все ждала-ждала. Но с моим бывшим так и не сложилось. Он то приближал меня к себе, то мучил игнором, то исчезал без объяснения причин. Мне так хотелось семью, детей, домашний очаг. Но через три года отношений я поняла, что это не с ним. Потом три года была одинока, и не потому, что сознательно этого хотела, а потому, что не случалось того самого главного в жизни чувства. А без него — не хочу.
С Олегом все получилось, как в сказке, и я даже боялась поверить. Неужели это действительно настоящая, взаимная любовь? И он не предаст, не обманет?
— Я согласна, — прошептала, потому что он ждал ответа. Смотрел, как будто сейчас вся его жизнь поставлена на кон, с таким напряжением, волнением. После моих слов он выдохнул, словно окончательно поставил точку в конце предложения. Он взял мою левую руку, поцеловал ее и надел кольцо на безымянный палец. Удивительно! Оно идеально подошло по размеру.
— Как красиво! — я не сдержала восхищения.
— Пойдем, — прошептал он.
Мы поднялись, и он снова обнял меня. Тело откликнулось мгновенно. Я вдруг вспомнила, что на мне нет трусиков, и меня сразу бросило в жар. Олег провел рукой по спине, и под его пальцами побежали в разные стороны миллионы мелких сладких мурашек.
Он взял меня за руку и повел к огромной кровати, накрытой бордовым бархатным покрывалом.
— Что это за мужик? — Вдруг он обернулся ко мне. — Тот, с которым ты ужинала?
— Да так. Просто попутчик. Летели в самолете вместе.
— Понятно. У тебя с ним ничего не было?
Я вытаращила глаза. Потом засмеялась. Он что, ревнует? Как это мило.
— Ты что? Да мы знакомы один день.
— Он так на меня смотрел, будто хотел вызвать на дуэль, — тоже засмеялся Олег. А потом посерьезнел.
— Запомни. Ты моя. И только моя. Я всех этих мужиков…
— Да-да… — я вдруг захохотала. Мне было так легко и счастливо от того, что он рядом, что ревнует к этому Мурату, что он в хорошем смысле собственник и назвал меня своей женщиной. — Я бы этому дяде с большими ушами… уши-то пооткрутил.
Олега тоже накрыл приступ смеха, и так, глядя друг на друга влюбленными глазами и не переставая смеяться, мы повалились на кровать.
Что было дальше, описать словами трудно. Сколько прошло времени, я не знаю, я потерялась полностью в бесконечно длящемся наслаждении.
Я поняла, что до этого не знала мужчины. Все, что у меня было до него — оставляло чувство неудовлетворенности, было таким поверхностным, что мне казалось, будто меня обманули. Где этот полет в заоблачные дали, в небеса, где двое становятся, как одно? Ничего такого не было и в помине. С бывшим все происходило довольно быстро, и я не успевала разогреться. Не особенно мне и нравился сам секс — не покидало ощущение, что тебя используют просто, чтобы снять напряжение. Когда у него случались, наконец, два-три резких, почти судорожных толчка, после которых он обмякал и откатывался от меня, я вздыхала с облегчением. Но я любила его и поэтому терпела, и поэтому убедила себя, что это нормально и так и должно быть и так у всех, а в книжках просто авторы свою буйную фантазию выплескивают и на самом деле такого не бывает.
Как же я была не права! И как же я счастлива, что познала такую близость, и мне теперь будет что вспомнить перед смертью. Это самое прекрасное, что я переживала. Каждое прикосновение жгло огнем и потом растекалось теплом по телу. Каждый поцелуй отзывался набуханием лона, как будто там внизу был готов распуститься мой волшебный цветок. А когда он прикасался губами к соскам, я стонала от дикого наслаждения. Тело хотело еще и еще, оно было словно ненасытное, изголодавшееся по ласке. И когда Олег наконец-то, измучив меня любовной игрой, в меня вошел и сделал несколько глубоких толчков, я почувствовала, как бутон внизу лопнул и цветок распустился тысячей лепестков. Мой оргазм длился и длился. Обессиленная и напитавшаяся, я откинулась на подушки, тяжело дыша. Но он не дал мне отдохнуть. Ведь у него еще не случилось…