Пальцы его крепко сжимали спинку дивана. Он старался не касаться Джэнел, пока она не достигнет такого же возбуждения, какое владело им самим. Во сне она была такой красивой, такой соблазнительной. И чем охотнее отвечала Джэнел на его поцелуй, тем труднее было не касаться ее.
Джэн наклонилась к спинке дивана, поглаживая языком верхнюю губу Дуга. Сарафан опустился чуть ниже. Взгляд Дуга уперся в пуговки на лифе.
Он глубоко вздохнул и снова попытался ее разбудить:
— Джэн!
Ресницы ее дрогнули, и Джэнел открыла глаза.
— Дуг, — сказала она.
Это было похоже на тихий вздох. Джэн обвила руками шею Дугласа и притянула к себе его голову. Губы ее дразнили, мучили и доставляли в то же время неизъяснимое удовольствие. Рука Джэнел скользнула по волосам, затем по плечам Дуга.
Дуг не мог больше совладать с собой. С хриплым стоном он погрузил пальцы в волосы Джэн и жадно впился в ее рот.
Джэн повернулась, чтобы прижаться к нему еще сильнее, и, не рассчитав движения, слетела с дивана. Дуг упал вместе с ней, оказавшись внизу, так что Джэн не ударилась о пол. Джэнел, казалось, так и не очнулась от сна и не понимала, что теперь лежит рядом с ним на полу. Она прижала руки к его груди, дыхание ее смешивалось с его дыханием. Дуг провел ладонями по спине Джэн, к талии и еще ниже — к бедрам. Джэн тихо стонала от удовольствия.
— М-м, — снова пробормотала она. — Ты почему так долго не ехал?
Губы Дуга скользили по нежной, чуть влажной коже ее шеи.
— Доделывал рекламные листовки, — прошептал он.
— У тебя все так здорово получается, — вздохнула Джэнел.
— Я снова чувствую вдохновение.
Джэн чуть отстранилась, и губы Дуга двинулись ниже, к мягким выпуклостям ее грудей, а рука стала нащупывать пуговицы сарафана. Расстегнув их одну за другой, он освободил грудь Джэнел и стал ласкать языком напрягшиеся соски. Джэнел снова застонала. Дуг перекатился на бок, затем подмял Джэн под себя.
— А ты не боишься, что я охмурю тебя каким-нибудь хитрым нью-йоркским способом? — пошутил он.
Джэн провела рукой по его мускулистой груди, нащупала пряжку ремня.
— Пожалуй, мне начинают нравиться твои манхэттенские штучки, — пробормотала она. — Что еще ты мне покажешь?
Как только пальцы ее коснулись «молнии» на брюках, у Дуга перехватило дыхание.
— Очень многое и очень скоро, если ты не будешь вести себя осторожнее.
Джэн рассмеялась.
— Не делать резких движений, да?
— И не говорить со мной таким чертовски сексуальным голосом, — прошептал Дуг. — Но, похоже, уже поздно. Мой прадед жил в южных штатах, тамошние мужчины — потрясающие любовники. Попытаюсь не посрамить их. — Он снова поцеловал Джэнел в губы, затем стал ласкать языком ее нежную шею. Джэн извивалась под тяжестью его тела. — Сейчас ты узнаешь, на что способны настоящие южане.
Дуг раздвинул ткань сарафана на груди Джэнел, медленно провел рукой по бедру девушки и поднял ее юбку. Прикосновения его становились все более настойчивыми. Дуг провел ладонью по внутренней стороне ее бедер.
Джэн затаила дыхание.
— Или нет, лучше мы пойдем другим путем, — предложил Дуг. — Надо вспомнить что-нибудь из репертуара старины Старка Сэвиджа.
Он буквально впился губами в губы Джэнел. Джэн сжала сильные плечи Дуга и чуть не задохнулась от удовольствия, когда рука его, проникнув под трусики, нащупала самое чувствительное место.
— Непростое решение, — пробормотала она, едва переведя дыхание.
— А по-моему, очень простое. — Дуг вдруг резко поднялся на ноги и притянул к себе Джэнел. Немного смущенная, она попыталась прикрыться сарафаном. Но Дуг быстро обнял ее за талию и привлек к себе.
— Не надо, — прошептал он. — Ты слишком красива, чтобы прятать свое тело под одеждой.
Джэн нервно оглянулась на окно, затем на входную дверь. В окнах дома напротив горел свет.
— Но соседи, — пробормотала она.
— Пусть завидуют, — сказал Дуг. — Знаешь, старина Старк — он ведь не так уж плох.
— Правда?
— Да, в нем определенно что-то есть.
Джэн чувствовала себя так, словно они пытаются вернуть тот момент, когда стояли вот так, обнявшись, посреди освещенной прожекторами мастерской «Л'Амур». Юбка ее упала на пол, Джэн обвила руками шею Дуга и откинулась назад. Вот только во взгляде Дуга не было теперь насмешки. Они были затуманены подлинной, а не воображаемой страстью.
Да, настоящей страстью, которой так не хватало в жизни Джэнел.
— Наверное, я покажусь тебе неисправимым романтиком, дорогая, — произнес Дуг. — Но я все же предпочел бы коврику у дивана мягкую постель. Если ты, конечно, не возражаешь.
Джэн опустила голову ему на плечо.
— Вовсе нет. Напротив, я нахожу это замечательным.
Открыв глаза, Дуг тут же снова зажмурился от бьющих в лицо ярких лучей солнечного света. Черт побери, опять он забыл закрыть жалюзи. Он снова открыл один глаз, собираясь дотянуться до шнура, и только тут вдруг понял, что на окне не было жалюзи. Только тонкие шторы персикового цвета, в щель между которыми проникали солнечные лучи. Шторы медленно колыхались, раздуваемые струями воздуха от работающего рядом вентилятора.
Только тут вдруг вспомнил, что он не у себя дома. Он проснулся в постели Джэнел.