Рэйф вздрогнул, когда его пальцы сжали холодный камень. Он чувствовал себя сейчас как узник, которому на короткое время удалось узнать вкус свободы и которого вновь заталкивают в холодную темную камеру. Стараясь ни о чем не думать, Рэйф быстро перекинул цепочку через голову и почувствовал, как кристалл ледяным грузом лег ему на сердце. Он прошел мимо Кейт к кровати и склонился над Вэлом, черты которого, всегда такие спокойные, были сейчас искажены мукой, слишком хорошо знакомой ему.
Вэл Сентледж, его враг, человек, подаривший ему самый драгоценный подарок. Один месяц свободы от собственного зла и тьмы, пожиравших душу, один месяц любви и счастья… Рэйф подумал, что это, пожалуй, больше, чем многие люди когда-либо получали за всю свою жизнь.
Он на миг закрыл глаза, представляя себе нежное лицо Корин, печальные глаза Чарли. А затем заставил себя отбросить эти образы, понимая, что иначе он уже не сможет пройти через все это.
Наклонившись ниже, Рэйф взял Вэла за руку. Она показалась ему такой холодной и безжизненный, что на один миг он даже, стыдясь себя, почувствовал надежду, что опоздал. Но нет, Вэл был пока еще жив. А в следующую минуту Рэйф ощутил, что в комнате все каким-то странным образом изменилось, и его сердце забилось быстрее. Стало вдруг темнее, холоднее, и огонь в очаге неожиданно потух. Гроза, видимо, подошла ближе, так как комнату все чаще освещали вспышки молний. Рэйф смутно ощущал, что Кейт застыла в волнении в ногах Вэла, но сам он уже не отрывал взгляда от его лица.
Внезапно одна створка окна распахнулась, заставив Кейт испуганно вскрикнуть. Ветер и дождь ворвались в спальню, но Рэйф, казалось, не заметил этого, полностью сосредоточившись на человеке, лежащем перед ним. Показалось ему или он и в самом деле почувствовал, что рука Вэла чуть шевельнулась?
Очередная вспышка молнии озарила комнату, и Вэл вздрогнул. Его глаза вдруг широко раскрылись и уставились прямо на Рэйфа.
– М-мортмейн? - прошептал он хрипло.
– Все в порядке, Сентледж, - сказал Рэйф. - Ты знаешь, зачем я здесь.
Вэл задрожал и попытался отнять руку. «Невероятно! - подумал Рэйф. - Даже страдая по моей вине от невыносимой боли. Святой Валентин все еще пытается сделать все, чтобы не навредить мне».
– Черт тебя возьми, Сентледж! - прорычал он. - Забудь о своем идиотском героизме! Отдай мне назад мою боль. Верни все, что тебя мучает.
Он со всей своей силой сжал руку Вэла, и тот застонал, раздираемый мукой настолько нестерпимой, что невозможно было ее дольше удерживать. Он должен был освободиться от нее.
Пальцы Вэла судорожно сжались. Рэйф почувствовал, как в его плоть словно вонзаются острые лезвия, нестерпимая боль проникла в его вены. Отрава возвращалась к нему - со всей тьмой, горечью и безнадежным отчаянием.
Рэйф даже не заметил, что вдруг страшно закричал. Он желал только одного - отпустить руку Вэла, но все же заставил себя продолжать. Рэйф чувствовал, как кристалл сдавил ему грудь, а затем - ослепительная вспышка и… оглушающий взрыв потряс комнату.
Неведомая сила оторвала Рэйфа от кровати, он упал на ковер, корчась от боли. Задыхаясь, он закрыл глаза и погрузился в милосердную тьму забытья.
Жуткая тишина воцарилась в спальне. Кейт скорчилась за кроватью, закрыв лицо руками. В конце концов она осмелилась поднять голову, боясь увидеть вместо комнаты одни руины. Но все оставалось на своих местах, и даже огонь горел в камине. Только гроза ушла - гром гремел уже где-то совсем далеко.
Кейт бросилась к кровати. Вэл лежал, откинувшись на подушки, голова его чуть свесилась набок, глаза были крепко закрыты. С сильно бьющимся сердцем она склонилась над ним. На лице Вэла появилось выражение такого полного покоя, что в первое мгновение Кейт испугалась худшего - что кристалл убил его. Но, приглядевшись внимательнее, она увидела, как спокойно поднимается и опускается его грудь, как розовеет кожа.
Кейт положила дрожащую руку на его лоб. Кожа была теплой и очень живой на ощупь. Тогда девушка поцеловала его, не сдерживая слез радости. Теперь с Вэлом все будет в порядке, она в этом больше не сомневалась. Кейт была так захвачена своей радостью, что совсем забыла о другом человеке, лежащем на полу без сознания. Рэйф Мортмейн скорчился возле окна, словно его отбросила туда невероятная сила взрыва. Одна из створок окна все еще была открыта, и на лицо Рэйфа падали капли дождя.
Кейт поспешно закрыла окно, а затем очень осторожно, словно к раненому волку, приблизилась к Рэйфу Мортмейну. Своему отцу. Она не думала, что сможет когда-нибудь так воспринимать его, но в то же время не могла относиться к нему и с прежней ненавистью.
По своей воле или нет, но этот человек спас Вэла, и Кейт не могла не испытывать к нему благодарности. Она знала, как дорого ему это стоило. Вэл теперь погрузился в спокойный здоровый сон, освободившись от сжигающей его изнутри муки. Но столь же очевидно, что Рэйф оказался в ловушке ночного кошмара. Его рот кривился в жесткой усмешке, лоб прорезали глубокие морщины; казалось, что его душу вновь терзают демоны.
