Молли вздрогнула от этой угрозы и, вырвав наконец руки у Кейт, вскочила с таким видом, словно собралась бежать. Кейт тоже поднялась, заступив ей дорогу.
– Молли, пожалуйста! Я знаю, мы никогда не были друзьями, я даже не могу сказать, что была добра к вам. Но на этот, один-единственный раз я прошу вас довериться мне!
Молли нерешительно посмотрела на нее. Кейт так и не узнала, что же в конце концов повлияло на решение девушки - ее убедительный тон или просто отчаянное желание самой Молли поверить в лучшее.
– Хорошо, Кейт, - сказала она. - Я приду на бал, если вы считаете, что я должна там быть.
– О, да! Считаю! - воскликнула Кейт с сияющей улыбкой, и Молли неуверенно улыбнулась ей в ответ.
Когда Кейт провожала гостью до двери, она заметила, что в глазах Молли вновь засветилась надежда, и взмолилась про себя, чтобы эта надежда не оказалась беспочвенной. Она страшно боялась еще больше все испортить. Она дала Молли опрометчивые обещания, а сама абсолютно не была уверена, что все именно так и будет. Просто ей очень хотелось хоть как-то исправить тот вред, который она причинила стольким людям.
Кейт задержалась в гостиной, прислушиваясь к тиканью многочисленных часов. Казалось, время тянется страшно медленно. Еще так долго до ее встречи с Просперо у камня друидов на холме! Кейт горячо помолилась, чтобы за эти несколько часов ничего плохого не произошло.
Однако ее молитва не была услышана. Не успела она подняться в свою комнату наверху, как услышала, что Нэн открыла входную дверь. В холл ввалился Задохнувшийся от быстрого бега Джим Спаркинс. Вглянув вверх, он увидел Кейт и воскликнул голосом, полным отчаяния:
– О, мисс Кейт! Вы должны пойти туда! Только вы одна теперь можете повлиять на мастера Вэла! Вы должны остановить его!
– Остановить? Но от чего? - спросила Кейт, чувствуя, как сердце сжалось от страха.
– От убийства! Мастер Вэл хочет убить этого негодяя Рива Тревитана!
Рив Тревитан вылетел из дверей пивной и растянулся в грязи конюшенного двора. Огромный плотный мужчина был в полубессознательном состоянии, весь залит кровью. Потрясенные посетители таверны «Огонь дракона» высунули головы в окна, а проходящие мимо жители деревни останавливались поглазеть на небывалое зрелище. Нельзя сказать, конечно, что драки здесь были большой редкостью. Просто никто из них еще не видел спокойного доброго доктора Сентледжа в Такой ярости.
Вэл выбежал из таверны следом за Тревитаном. Тот неуклюже поднялся на ноги, целясь кулаком в своего более легкого и подвижного противника, но промахнулся. Точный удар Вэла правой прямо в челюсть, а затем сразу - по мягкому жирному животу заставил великана отшатнуться. Он согнулся с громким стоном, но это не остановило Вэла. Тупое, звероподобное лицо Тревитана как в тумане маячило перед ним, и Вэл бил по нему снова и снова, испытывая незнакомое, злобное удовольствие от каждого удара. Тревитан начал оседать на колени, но Вэл вцепился ему в воротник рубашки, продолжая бить по ненавистному лицу.
– Вэл, стой! Ты не видишь, что уже хватит?! Знакомый голос долетел до него откуда-то издалека, словно из тумана. Он ухватил Тревитана за волосы, и его кулак опустился прямо ему на голову.
– Черт возьми, Вэл, остановись!
Вэл почувствовал, как чьи-то сильные руки схватили его за плечи, оттаскивая от жертвы. Вэл вырвался, резко обернулся к новому врагу и уже занес кулак, но железные пальцы сжали его руку.
– Вэл! Опомнись!
На этот раз резкий голос хоть и с трудом, но пробился в его замутненное яростью сознание. Туман перед глазами рассеялся, и он понял, что смотрит прямо в лицо брата.
Потрясение, застывшее в глазах Ланса, подействовало на Вэла как ушат ледяной воды. Его ярость мгновенно остыла, руки упали. Ланс отпустил его, и Вэл отступил назад, часто и тяжело дыша. Гнев, еще минуту назад владевший им, сменился невероятной слабостью и внезапно навалившейся усталостью.
Его колени дрожали, сухой кашель вырывался из горла. Вэл прижал дрожащую руку к груди, удивленный силой обжегшей его вдруг боли. У него закружилась голова, и он был вынужден опереться на угол дома и закрыть глаза, дожидаясь, когда пройдет приступ, а земля вновь обретет твердость под его ногами.
Наконец Вэл открыл глаза и с ужасом взглянул на дело своих рук. Рив Тревитан, весь покрытый кровью, лежал у его ног и стонал. Вэл тут же почувствовал прежнее смутное желание, покинувшее его в последнее время, - протянуть руку, помочь, облегчить боль… Но его оттолкнула Кэрри Тревитан. Бросившись вперед, она упала на колени, обхватила своими тонкими руками голову мужа и прижала к груди. Тревитан посмотрел на нее сквозь распухшие веки и зарыдал, уткнувшись лицом в ее мягкую шаль.
– Ш-ш-ш, - пробормотала она. - Все будет хорошо. Она крепче обняла его и тоже заплакала.
– Кэрри…
Вэл хотел положить ей руку на плечо, но она Отшатнулась от него и подняла залитое слезами лицо. Ее глаза были полны сожаления и растерянности.
– О, доктор Сентледж! Как же вы могли такое сделать?!
