Актриса полагала, что этот брак – на всю жизнь, но судьба распорядилась иначе. Летом 1957 года она забеременела, но неудачно: беременность оказалась внематочной, и Мэрилин пришлось делать срочную операцию. После этого Монро впала в глубочайшую депрессию, снова пыталась покончить с собой: дважды принимала огромные дозы снотворного, но каждый раз супруг приходил ей на помощь и вовремя вызывал «скорую». Специально для Мэрилин он решил написать новый сценарий под названием «Неприкаянные». Он надеялся, что работа отвлечет актрису от мрачных мыслей и вернет к жизни.
Однако чуть ранее Монро получила предложение сниматься в фильме «Некоторые любят погорячее». Миллер настоятельно советовал ей не отказываться, ибо считал работу лучшим лекарством. Мэрилин согласилась, но вела себя крайне недисциплинированно: не учила текст, опаздывала на съемки. Ее постоянно ждали и были вынуждены снимать один дубль за другим. Она начала употреблять грубые бранные выражения, чего раньше актрисе было несвойственно. Партнеры платили ей той же монетой. Например, когда у Тони Кёртиса поинтересовались, приятно ли целоваться с Мэрилин, тот ответил, что получил бы столько же удовольствия, целуясь с Гитлером.
Во время съемок картины Монро снова удалось забеременеть, но так же неудачно, как и раньше. У нее произошел выкидыш. Актриса заявила, что в этом несчастье виноват только Миллер, поскольку принуждал ее к работе.
Когда Монро предложили сниматься в фильме «Займемся любовью», оказалось, что с ней сниматься никто не хочет: после предыдущих съемок за ней закрепилась дурная репутация дамы не только недисциплинированной, но и грубой. Мэрилин тяжело переживала, чувствуя себя неполноценной во всех отношениях: она не могла родить ребенка и с ней никто из коллег по кино не хотел иметь никакого дела.
И тут Монро познакомилась с Ивом Монтаном. Это был мужчина, которого она давно собиралась покорить и который к тому же напоминал ей ее первую настоящую любовь – Джо Ди Маджио. Миллер познакомился с Монтаном в Париже и пригласил его с супругой – Симоной Синьоре – в гости. Синьоре, по мнению Мэрилин, была стара для Монтана. «Она гораздо лучше подошла бы Миллеру», – заявила голливудская богиня. К сожалению, Монтан совсем не говорил по-английски, поэтому при нем постоянно находилась Синьоре – в качестве переводчицы. Монро тут же решила, что этот французский актер идеально подходит на роль в картине «Займемся любовью». На киностудии не были так уверены в этом и некоторое время сопротивлялись, однако Мэрилин проявила упорство и настояла на своем.
Монро и Монтан каждое утро уходили на работу, оставляя дома Миллера и Синьоре. Впрочем, Симоне нужно было как можно скорее возвращаться в Европу, поскольку там ей было сделано множество заманчивых предложений, и ждать мужа она попросту не могла. Миллер же в подобной ситуации решил, что самое лучшее для него – самоустраниться и не мешать роману супруги с Ивом.
Монтан пребывал в раздумьях, как ему поступить с американкой. Ее намерения не вызывали ни малейших сомнений. Но сдаться ей – значило бы уступить ей и первенство в фильме. А если поставить ее на место? В этом случае работать с ней в паре станет совершенно невыносимо.
Сомнения актера решила сама Мэрилин. Она появилась однажды вечером перед дверью его дома в норковой шубке, под которой ничего не было надето. Ни один мужчина не сумел бы устоять перед подобным искушением. Исключением не стал и Монтан, и очень скоро о романе двух звезд заговорил весь Голливуд. Однажды Миллер вернулся домой за трубкой, а вместо нее обнаружил в собственной постели жену и Монтана. Всерьез встал вопрос о разводе, но только для Миллера, поскольку Монтан со своей стороны никаких обещаний не делал и разводиться с Синьоре не собирался. В интервью журналистам актер откровенно заявил, что «Мэрилин – очаровательное дитя», но его брак разрушить не в силах ничто на свете. Синьоре в этой ситуации вела себя мудро и никак не реагировала на провокации журналистов. Она сказала: «Если Мэрилин влюбилась в моего мужа, то это доказывает, что у нее хороший вкус. Я тоже в него влюблена».
Итак, брак Монтана и Синьоре выдержал проверку временем, чего не скажешь о союзе Монро и Миллера. Последней каплей, переполнившей чашу терпения Артура, стали съемки «Неприкаянных». Мэрилин снималась в этой картине с Кларком Гейблом, и тот стал настоящим наваждением для актрисы, которой мать еще в детстве показывала фотографии Кларка, утверждая, будто именно он являлся отцом девочки. Правда, в настоящий момент Гейбл был, мягко говоря, староват: ему исполнилось 59 лет, и он был далек от пламенной страсти. К тому же он недавно женился, и его супруга ждала ребенка. Гейбл вел себя как примерный семьянин, избегая поездок со съемочной группой на уикенды, где совершались обильные возлияния. Он не хотел надолго покидать свою жену, и порой его в некоторых сценах приходилось заменять дублером.
