Давно известно: хочешь испытать себя — иди в горы. Юная художница, мучительно пытаясь понять самое себя и разобраться в отношениях с близкими, решается на отчаянный, с точки зрения обывателя, шаг — отправляется в поход по тяжелейшему маршруту. Но если для Тейви это всего лишь приключение, то для инструктора по туризму, ставшего тем единственным, кому она готова безраздельно принадлежать, это естественный образ существования. Скотту претит обыденность благоустроенной жизни, и, даже всем сердцем потянувшись к чистой и бесстрашной девушке, он не в силах спуститься с гор.Покоряя вершины, герои не только испытывают себя и друг друга, но и постигают высшие ценности.
Октавия Бриджес уныло оглядела ворох снаряжения, сваленного у ее ног, затем перевела взгляд на груду провианта, который ей предстояло каким-то образом затолкать в свой рюкзак, и тяжело вздохнула. Прошло всего два часа, как уехал фургончик, доставивший ее и спутников-мужчин в высокогорный лагерь, а она уже горько пожалела, что вообще согласилась на эту авантюру. А все ее двоюродный братец Найджел Трейвис, которому страсть как хотелось послать Тейви в горы! Надавать бы ему хороших тумаков! Найджел подбил ее забраться в такую глухомань, чтобы она, видите ли, расширила свой кругозор. Он сам записал ее в группу к какому-то Скотту Кэмфилду — классному, по его словам, инструктору.
Исполинские горы, обступившие со всех сторон лужайку, откуда начинался их маршрут, наводили ужас. Однако путь к отступлению был отрезан. Волей-неволей Тейви вынуждена была прислушаться к тому, о чем говорил их инструктор.
Стоя поодаль от группы мужчин, она исподлобья разглядывала Скотта. Почему-то ей представлялось, что проводники, лазающие все лето по горам, непременно должны быть эдакими великанами с мощными бицепсами. Скотт Кэмфилд, к ее удивлению, оказался среднего роста, правда, мускулистое тело выдавало в нем заядлого спортсмена. Его темно-русые, давно не стриженные волосы топорщились в разные стороны, падая сзади на воротник рубахи цвета хаки. Щеки и квадратный подбородок заросли двухдневной щетиной.
Сочтя Тейви избалованной девицей, для которой поход в горы — просто каприз, Скотт встретил ее в штыки, лишь время от времени удостаивая неприязненным взглядом да какой-нибудь колкостью.
— Надеюсь, всем понятно, как важно избегать переохлаждения в горах, — уловила Тейви конец инструктажа. — Если есть вопросы, обращайтесь к Андре.
Андре, симпатичный сорокалетний француз с маслянистыми карими глазами и тронутыми сединой черными волосами, продолжил наставления, а Скотт неожиданно шагнул к Тейви и, положив руку ей на плечо, отвел в сторону. Тейви не сопротивлялась.
Словно примирившись с присутствием женщины в мужской компании, инструктор сменил гнев на милость и, уставившись на нее темно-синими глазами, стал рассказывать, как лучше уложить вещи в рюкзаке, что необходимо на себя надеть, чтобы избежать гипотермии, а попросту говоря, обморожения.
Разговор сам собой перешел на медицину и докторов. Недавно Тейви познакомилась с доктором Ричардом Тэппом, приятным молодым человеком, окончившим курс кардиологии в Гарварде. Несколько недель он практиковал вместе с ее отцом. И в конце концов даже решил обосноваться в Биллингсе.
На вечеринке, устроенной медицинской общественностью города в его честь, то ли под воздействием выпитого шампанского, то ли следуя советам отца оказать новому доктору максимальное внимание, Тейви предложила ему помочь ей выбрать альпинистское снаряжение и, если пожелает, отправиться вместе с ней в горы.
Выяснилось, что Ричард не горит желанием бродить по горам. Да и Тейви посчитала, что в запасе у нее целый месяц. За это время она сама как следует разузнает обо всем, что требуется для высокогорной прогулки.
Припомнив все это, Тейви подняла глаза на зубчатые вершины Медвежьих гор, потом снова окинула взглядом кучу вещей, которые ей придется тащить на себе. Да, теперь-то ей действительно стало кое-что ясно.
— Поторапливайся, Тейви, — окликнул ее Скотт, называя на «ты», как и остальных членов группы. — Тебе еще следует уложиться.
Тейви засеменила за инструктором.
— Куда вы нас поведете?
— Тебе предстоит подняться вон на ту вершину, — махнул рукой Скотт.
Девушка вспыхнула и уставилась в землю.
Скотт пальцем приподнял ее подбородок и, словно извиняясь, еще раз указал на вершину горы, до которой, как ей показалось, было рукой подать. Склоны горы густо заросли кустарником.
— Гм, пожалуй, почти рядом, — пробормотала она.
— Это я так считаю, — сказал Скотт. — А тебе следует на целых три недели забыть о своих прежних привычках и прочих выкрутасах.
Тейви открыла рот, чтобы высказать этому парню все, что она думает по поводу его высокомерного отношения к ней, но тут же прикусила язык. Разговаривать с его спиной было унизительно и бессмысленно. Слава Богу, что он не остановился. Она посмотрела на гору и невольно вздрогнула, представив ее крутизну. Земля закачалась у нее под ногами. Сделав несколько шагов, Тейви вновь уставилась на вершину, но за набежавшими облаками гора выглядела весьма безобидно, лишь ее склоны в изломах горной породы вызывали беспокойство. От мысли о том, что такие же мрачные скалы она еще совсем недавно видела вдали из окна родительского дома, а теперь стоит, беззащитная, у их подножья, у Тейви закружилась голова.
Когда она присоединилась к участникам похода, то обнаружила, что две большие кучи снаряжения и провианта были уже поделены на десять маленьких. Ее красный рюкзак лежал около одной из них.
— Это твоя доля, Тейви, — сказал Скотт.
