— Я спрашивал. Другая на ее месте просто послала бы меня подальше, и делу конец, но поскольку Эмили — девушка вежливая, она так ничего толком и не сказала. Ума не приложу, что мне делать дальше — у нее такой вид, будто она вот-вот расплачется!
— Именно это тебя и беспокоит?
— Да, — сознался Клауд. — Ты можешь не ехидничать, а подсказать мне, что делать дальше?
— Могу, но это вряд ли придется тебе по душе. — Джеймс обернулся в сторону Торнтона и, убедившись, что малыш их не слышит, продолжил: — Я думаю, Эмили беспокоит то, что очень скоро ты бросишь ее.
— А кто сказал, что я собираюсь это сделать?
— Разве вы не об этом договаривались?
— Об этом. — Клауд внезапно почувствовал, что ему не хочется рассказывать кому бы то ни было о своем последнем решении. — Но что, если я передумал?
— Так ты не собираешься с ней расставаться?
— Скажем, я не собираюсь… ее бросить.
— А ей ты об этом говорил?
— Нет.
— Тогда приготовься к тому, что она и дальше будет пребывать в плохом настроении.
— Ты считаешь, что в этом вся загвоздка?
— Тут логика простая. У девчонки, помимо всего прочего, есть еще и гордость.
Клауд рассеянно кивнул. Если Эмили и в самом деле пребывает в плохом настроении из-за близкой разлуки, значит, она испытывает к нему какие-то чувства и, следовательно, захочет с ним остаться. Из этого вытекает, что, по всей вероятности, его предложение будет принято.
Несколько минут он боролся с искушением тотчас же пойти к Эмили, и в конце концов ему удалось одержать над собой победу. Нужно по крайней мере сперва самому понять, какой жизни он хочет в дальнейшем, а Клауд пока был к этому не готов. Пройдет не меньше недели, а то и двух, прежде чем он сумеет с этим определиться, а уже потом сделает ей предложение. Пока же У Харпера ей будет спокойнее, а с ним ничего не случится — поспит и один.
Близился вечер, когда Клауд указал Эмили на стоявший в отдалении большой дом.
— Вот оно, ранчо Вулфа, — проговорил он, натягивая поводья. — С тех пор как я видел его последний раз, здесь многое изменилось.
Эмили была приятно удивлена. После всех мест, в которых им приходилось останавливаться по дороге, она уже не ожидала впереди ничего хорошего, и хотя дому, который построил Вулф, было, конечно, далеко до того особняка, в котором она жила в Бостоне, однако с двухкомнатной лачугой, где они не так давно ночевали, он не шел ни в какое сравнение.
— Красивый дом, — сказала она, решив сделать Клауду приятное.
— Наш отец был фермером, однако строить тоже умел, и очень неплохо. Он научил нас всему, что знал сам.
— Вулф живет здесь один?
— Пока да. Но он собирается расширить дом, потому что не хочет никуда отсюда уезжать.
— Очень мудро.
— Ну, нам пора появиться.
Последняя фраза озадачила Эмили, но пока она собиралась спросить Клауда, что он имеет в виду, тот уже направился к дому. Пришпорив лошадь, Эмили двинулась следом, теша себя надеждой, что он не забудет о своем обещании насчет горячей ванны. Бросив взгляд на уже потемневшее в преддверии ночи небо, она понадеялась, что успеет принять ее еще до того, как Клауд отвезет ее к Харперу.
Едва они подъехали к дому, как из дверей вышел высокий молодой человек. Клауд спрыгнул с лошади, и мужчины крепко обнялись, а потом, смеясь, принялись похлопывать друг друга по плечам.
Тем временем Джеймс снял с лошади Торнтона, а потом помог спуститься на землю Эмили. Наблюдая за братьями, она заметила в них поразительное сходство: Вулф Райдер казался не меньшим повесой, чем его брат. Впрочем, с такой внешностью это, видимо, было неизбежно.
Сам Вулф, видимо, сперва принял Эмили за подружку Джеймса, однако Клауд сразу довольно резко его одернул. Вскоре ее проводили в комнату, где уже ждала горячая ванна, и оставили там одну. Решив задать все вопросы позднее, Эмили принялась поспешно снимать с себя пыльную одежду.
Погрузившись в ванну, она застонала от наслаждения. Закрыв глаза и нежась в теплой воде, Эмили поклялась сделать все от нее зависящее, чтобы Клауд не заметил, как сильно она переживает из-за их скорой разлуки.
Приняв такое решение, Эмили изо всех сил старалась показать, будто пребывает в отличном расположении духа. Однако она никак не ожидала, что именно это вызовет у Клауда необыкновенный прилив злости.
— Между прочим, хотелось бы знать, когда ты собираешься отвезти меня к Харперу? — Эмили произнесла это как можно любезнее.
— Завтра же утром!
Ее удивил не столько резкий ответ Клауда, сколько приятное известие о том, что ей предстоит расстаться с ним только на следующий день. И почему он не сообщил ей о своих планах раньше? Но Эмили быстро подавила вспыхнувшую было досаду. Ей дарована еще одна ночь с любимым человеком, и она намеревалась использовать ее па все сто процентов. Быть может, это ее последний шанс заставить Клауда понять, что ему не обойтись без нее. Но даже если ей это не удастся, у нее будет по крайней мере что вспомнить в будущем.