Если поначалу ему казалось, что она притворяется, то сейчас сомнений не было – ей действительно плохо! «Но от чего? Да я не раз уже опробовал этот отвар на других, никакого страшного эффекта там не было, да и не зверствовал я с ней, в конце концов, а она и ноги-то с трудом передвигает! Что это все значит? Неужели и вправду не стоило ее трогать вчера…» - странная и как будто чужая мысль закралась в голову, и ему бы одернуть шторку и отвернуться, но он с волнением продолжал следить за хрупкой, поникшей фигуркой.
Рей почувствовал, как внутри что-то неприятно кольнуло, когда она, свернув с тропы, прижалась к дереву и медленно опустилась на землю, закрыв глаза, словно теряя сознание от навалившейся слабости.
Руки сжались в кулаки, сминая дорогую ткань занавесок, а в горле словно пересохло.
Холодный пронизывающий ветер распахнул незакрытую форточку и взъерошил и без того растрепанную прическу парня, а там вдалеке та же суровая осенняя стихия терзала ее длинные черные пряди спутанных со сна волос и холодила голые плечики и босые ножки.
Глаза принца сверкнули, словно отвечая родной стихии, и с губ сорвалось «теплое дыхание» - сложное и давно позабытое заклятье, способное согревать воздушные потоки. Мысленно он направлял их к ней, заставлял стихию подчиняться, ласково обнимая ослабевшую девушку.
Она не была куклой, как многие другие, и то, что произошло между ними вчера, отнюдь не казалось ему забавным развлечением и игрой.
«Пора покончить с этими детскими шалостями, прав отец», - подумал Рей, не прекращая следить за Камилой, которая, казалось, заснула, привалившись к дереву.
В этот момент со стороны высокой башни военного факультета отделилась фигура высокого и плечистого парня в форменной одежде боевого курса. Незнакомец уверенно шагал в сторону девушки, пройдя мимо аллеи, ведущей к общежитиям военников, он шел прямо по ровно остриженной траве, уверенно приближаясь к своей цели.
И Рей едва ли не оторвал злосчастную гардину, наблюдая за широкой фигурой, на мгновение загородившей девушку. Парень склонился над ней, попытался привести в чувства, коснувшись ее лица и плеч. Через какое-то время она действительно испуганно распахнула свои глаза и еще сильнее вжалась в ствол дерева.
Магичка что-то ответила ему, мотнула головой в отрицательном жесте, но курсант категорически отказывался оставить ее в покое, чего та, очевидно, упорно добивалась. Они вели напряженную беседу, в ходе которой девушка сильнее прикрывала плечи, а парень чуть отдалился от нее, давая немного больше свободного пространства.
И когда разозленный по совершенно непонятной для него самого причине наследник престола уже было решился раскрыть окно и призвать стихию, чтобы проучить этого «нежданного гостя», незнакомец снова склонился над девушкой, протягивая ей свою широкую ладонь, она недоверчиво посмотрела на нее, но все же приняла помощь. Камила сильно пошатнулась и едва не упала, если бы парень не подхватил ее под руки. Девушка вяло сопротивлялась, но, в конечном счете, позволила ему унести себя прочь.
А принц… принц, взбешенный увиденным, сам не заметил, как закурил сигарету: одну из тех, что запрятал в дальнем ящике, намереваясь бросить, а потом со злостью потушил ту, ткнув ею в собственную ладонь. Боль отрезвила и помогла справиться с наваждением, да и ожог на теле мага затянется быстро. Выбросив окурок и отвернувшись от окна, он отправился в душевую, надеясь, что это поможет снять напряжение и расслабиться.
«Такая же дешевая, как и все! Недолго-то он ее уговаривал, прежде чем она сама прижалась к нему и повисла на шее, дрянь!» - со злостью подумал Рей. Он мог бы услышать, о чем говорила эти двое. Но разве это имело значение? Разве она что-то значила для него? Какое ему вообще дело до того, кто будет у нее следующим? Да и сам Рей уже получил от девушки все, что хотел!
Наследник трона Миартании не знал ревности и не был таким уж собственником. В его жизни не было такого человека, за которого он мог бы переживать и беспокоиться, оберегать или, к примеру, ревновать. Совсем не этому столько лет учил его отец.
«И был прав, чертовски прав, потому что все женщины созданы только для одного…и ничего большего они не заслуживают!!!»
Вот только почему даже ледяная вода сейчас не могла отрезвить и остудить разгоряченного воображения, в котором его недавняя любовница страстно целовалась с другим…
Холодно. Осенний ветер проникал под тонкую ткань, и, казалось, будто он проходит сквозь нее, пронизывает, забирает последние крохи тепла, но вместе с тем помогает оставаться в сознании: эти обжигающие, словно стальные лезвия, вихри не дают расслабиться и окончательно потеряться в навалившейся тьме.
Но ветер совершенно неожиданным образом поменялся: смягчился, сначала обдав девушку приятным и едва уловимым теплом, а потом словно укутав мягким пледом, убаюкивая, утешая и притупляя боль, забирая ее.
