Шли молча. Я размышляла о том, что творю. Пригласила незнакомого мужчину к себе совершено не задумываясь о том безопасно ли это. Успела наделить его самыми лучшими на свете качествами и превознести, хотя до сих пор даже не видела его лица. Все что я знала о нем - это волнистые волосы и потрясающий, сводящий с ума голос. Хватило ли этого? По всей видимости да.
Опережая меня Михаил открыл входную дверь и придержал ее . Ну вот, еще один плюс в копилку этому человеку.
Свет лестничной площадки защипал глаза. Легкая слезоточивость окутала образ легкой дымкой и я быстро заморгала. Торопилась скорее увидеть его, разглядеть каждую деталь, запечатлеть в памяти все линии и изгибы. Вздох облегчения вырвался резко. Красивое, мужественное и серьезное лицо, острые скулы и волевой подбородок, голубые, как глубокое озеро под летним небом глаза обрамленные черными ресницами и ухмыляющиеся губы. Эта дерзость в полуприкрытых глазах и чуть вытянутых губах чертовски шла ему. Образ сложился полностью, когда мужчина шагнул ко мне, а я попятилась, упираясь в стену. Широкая ладонь уперлась в прохладную поверхность бледно-зеленого цвета в области моей головы. Михаил чуть наклонил голову в бок и стал внимательно изучать мое лицо. Хотя, казалось, он уже прекрасно знал там каждую делать. Скользил глазами, а когда дошел до моих губ чуть прикусил свою нижнюю. Внутри живота сладко потянуло.
- Черт, - на выдохе. Он выпрямился и отступил.
Лифт наконец приехал, и мы вошли. Мужчина сдернул капюшон с головы и быстро нажал кнопку нужного этажа. Это на секунду удивило, но я отвлеклась на него. Растрепанные, слегка отросшие сверху волнистые волосы добавляли в образ некоторой неряшливости. Идеально выбритое лицо открывало мощную челюсть, на которой сейчас играли желваки в некотором нетерпени. Я сжимала кулаки до боли от впивающихся ногтей, но никак не могла наладить сбившееся дыхание. Такой близкий и одновременно далекий, неизведанный, чужой. Манил, притягивал, но я не знала могу ли перейти чёрту, которую сама же когда-то создала для себя в общении с мужчинами. В груди горело, пекло, болью отдавало в ребра. Если бы сейчас я пришла к кардиологу, меня бы минимум положили в больницу от превышения всех допустимых норм по сердцебиению, максимум отправили на изучение к патологоанатомам по причине остановки сердца. Могло ли такое быть? Да. Бешеная скорость сменялась резким замиранием мотора.
Возле квартиры пришлось задержаться. Дрожь в пальцах не позволяла быстро достать ключи. Мысленно вспоминая все бранные слова, что я успела узнать за свои двадцать три года лезли к кончику языка, но я не могла и рта открыть. Леди как никак. Хотя сейчас скорее работник автомастерской под развалившейся шестёркой.
Оказавшись в прихожей, Михаил заботливо придержал пальто и дождался, пока я сниму сапоги, только после этого разделся сам. Передо мной предстал хорошо сложенный мужчина в черных джинсах и толстовке цвета топленого молока, которая отлично оттеняла смуглую кожу. Браслеты из черных бусин на руках соседствовали с кожаными, на шее висела подвеска в виде славянской руны. На вид ему было чуть больше тридцати, но образ больше подходил молодому парню, студенту. Мне нравилось это, думалось, что он так же как я не спешил взрослеть и примерять на себя серьезный костюм и белоснежную рубашку. Было в этом что-то от свободы и протеста. Глаза сверкнули голубым огнем и сузились до тонких льдинок, прожигающих душу. Стало жарко.
Потянула вверх полы своего свитера, но меня остановили. Михаил сделал уверенный шаг и поддел своими пальцами ткань. Ловко стянул с меня теплую одежду, что сейчас стала ненавистной и шагнул еще ближе, заставляя отступить внутрь комнаты. Еще шаг. Ещё. Врезаясь икрами в край дивана, я дернулась и стала заваливаться на спину. Поясницу тут же подхватили крепкие руки и не дали мне упасть. Потом он наклонился и усадил меня на мягкую поверхность.
- Я налью чай, - отстраняясь сообщил он и уже порывался развернуться, как я ухватила его за запястье и потянула к себе.
-К черту чай, - шепотом. Это было так не похоже на меня, но я подалась вперед больше не в силах сдерживаться и впилась в его губы. Так жалобно, так нетерпеливо. Хватаясь за него пальцами, скользила вверх по сильным рукам, щипала плечи, впивалась ногтями в плотную ткань в надежде, что он не отпрянет.
И он не отпрянул. Растолкал коленом мои ноги и уперся в диван, разворачивая меня вдоль мебели и укладывая на лопатки. Победил, он победил меня еще тогда в переулке. Толкнулся языком и скользнул в рот исследуя новую территорию. Стон сам вырвался из груди на что Миша хрипло рассмеялся. Утробная вибрация пробрала до позвоночника и я запустила пальцы в его волосы. Стягивая в кулак и оттягивая их, я наклоняла голову в бок и подавалась ему навстречу. Потом опустила левую вниз и подлезла под кофту нащупывая стальной торс. Каждая мышца его тела была напряжена и горела. Жарко, ему явно жарко. Потянула ткань вверх и он ловко стянул ее через голову, отбрасывая куда-то в тускло освещенную комнату.