— А ведь они погибнут. Уже к вечеру самые слабые умрут от истощения и обезвоживания, половина не переживет холодную ночь, а к утру даже те, кто еще будет жив, уже не сможет двигаться и будет медленно умирать у тебя на глазах…
— Я не хочу, не хочу так! — из синих глаз снова потекли слезы. Сеня смотрел на меня возмущенно.
— Значит, придется тебе о них позаботиться… — хорошими людьми так легко манипулировать! Сеня, вон, чует подвох, косится подозрительно, а эта ничего, скушала.
— Как?
— Если сами они ни на что не способны, ты будешь ими управлять! В первую очередь, их надо напоить и накормить. Попробуй, для начала, сможешь ли ты управлять частью, а не всей толпой сразу. Выбери нескольких посильнее и поздоровее. Например, этого, этого и этого… И еще вот этого, и этот сгодится, вон бычара какой!
Я шел вдоль линии сидящих на земле людей и тыкал пальцем в тех, кто был покрупнее телом и выглядел не сильно поврежденным в драках.
— Нет, этого не надо, у него нога, похоже, сломана… А у этого рука — а жаль, вон какой красивый-накачанный, пидор наверное… Ну и этого еще до кучи. Прикажи им для начала встать.
Ирина напряглась, надула губки, нахмурила бровки…
— Вставайте!
На ноги начали вяло подниматься все.
— Нет, нет, сажай обратно, не то… — разочаровано сказал я.
— Садитесь! — быстро сказала девушка, и толпа снова уселась. — Я не знаю, как выбрать!
— В игрушки компьютерные играла? — вмешался неожиданно Сеня.
— Иногда, — кивнула Ирина.
— Представь, что ты их мышкой выделяешь, как юнитов в ртс-ке31.
Девушка неуверенно кивнула и снова нахмурилась, вонзая в толпу взгляд своих синих глаз.
— Вставайте! — на этот раз встали те, на кого я показывал. Не все, кое-кого она пропустила, но результат все равно радует. Сеня молодец.
— Давай проверим, насколько сложные команды они могут исполнить. Прикажи одному из них достать из багажника бутыль с водой.
— Эй, нашу воду, этим? — ожил смотревший на все это выпучив глаза Петр.
— Заткнись, — еще мне его реплик тут не хватало.
— Принеси, пожалуйста, воду из багажника этой машины, — Ирина обратилась к бородатому парню в подвернутых брючках и драном пиджачке об одном рукаве. Под пиджачком была футболка с надписью «Вау, пятница», борода торчала клоками, под глазом расплылся изрядный фингал.
Бородатый уверенно подошел к «Патриоту», подергал дверь багажника и застыл.
— За ручку потяни, долбоеб! — не выдержал Петр.- Хипстер, блядь, рукожопый!
Бородатый то ли услышал его, то ли догадался сам — но потянул за ручку, замок щелкнул, дверь распахнулась. Он безошибочно взял бутыль от офисного кулера, принес ее к нам и встал.
— Уже неплохо, — похвалил я. Не его, конечно, Ирину. — Но этой бутыли на всех не хватит, давай сделаем по-другому…
Через полчаса жизнь вокруг кипела — два десятка отморозков таскали воду с колонки в смародеренных из умело взломанного Петром хозмага ведрах, три остолбенелые, но мощные тетки раздавали ее мисками по живой очереди, в которую выстроила свою паству Ирина. Прошедшие по первому кругу жадно пили, по второму — умывались. Еще одна женщина, с профессиональными ухватками медсестры, обходила с ковшиком травмированных, которым было тяжело вставать. Таких оказалось немало, и что с ними делать было решительно непонятно. На вопросы Ирины «Есть ли здесь врач?» никто не откликался. То ли врача не было, то ли слишком сложный вопрос для того, что у них осталось от мозга. Самых сильных и жутковато выглядевших Ирина, по моему совету, отправила обносить продуктовый магазин — он был закрыт и не привлек пока внимания мародеров. Мы устроили недурную полевую кухню, где на костре варилась рисовая каша с консервами. Мы даже сами с удовольствием сняли пробу — вполне съедобно вышло.
Сеня охотно помогал синеглазке все организовать, подсказывал, приглядывал, чтобы она сама попила-поела, утешал, когда ее подопечные тупили и она расстраивалась… В общем, чуть ли не в дочки-матери играли вдвоем — вот только куклы были страшноватые…
Лена все это время сидела в машине, откинувшись на подголовник, и то ли спала, то ли просто отдыхала. Впрочем, поесть к котлу подошла, но сразу вернулась обратно.
Петр, не выдержав, в конце концов, подошел ко мне и тихо спросил:
— Македонец, ты всерьёз затеял тут санаторий для дебилов открывать? Может, хватит?
— Заткнись, я знаю, что делаю! — осадил я его, и он отошел недовольный. Хотя, казалось бы — попить есть, пожрать есть, напасть на такую толпу никто не рискнет… Живи и радуйся. Ладно, это я не всерьез, конечно. Пора было переходить к главному номеру нашей реабилитационной программы для аффекторов — трудотерапии.
— Ирина, — отозвал я в сторонку девушку, безуспешно пытающуюся заставить своих отморозков гадить где-нибудь подальше и, желательно, не у нее на глазах. Но тщетно — съеденное и выпитое требовало выхода. Организовать отхожие места пока не получалось, более того, не у всех хватало соображалки даже штаны снимать… Атмосфера становилась все более насыщенной.
