Люди города Ура полностью

I. Год в старовавилонский период начинался с разлива Евфрата, приблизительно совпадавшего с весенним равноденствием (март — апрель, аккад. nisanu[m]). [567]Разлив этот приходил «не ко времени», так как на полях подоспевала жатва. [568]Поэтому воду нельзя было допустить до полей, а надо было срочно, через систему отводных каналов, согнать в водохранилища. Тем временем шла торопливая уборка урожая ячменя. Этот месяц в Ниппурском календаре назывался «Месяц установления окраинных (?) часовен» (bar'a[g]-za[g]-gar-a). [569]С него в Уре начиналась первая треть года (каждая из них называлась «похвала (Нингали)» — elunu[m], elulu[m]), [570]а также начиналось первое полугодие, обозначавшееся как «жара» (шум. 'e-me-es, аккад. umsu[m], ummatu[m]) или «жатва» (шум. sibir, аккад. eburu[m]). В этом же полугодии поминались умершие. Функционально это полугодие соответствовало нашей зиме, так как было полугодием мертвой растительности. На месяц bar'a[g]-za[g]-gar-a в Лагаше и других городах падал праздник «Принесения (первого) ячменя баранам» (ezen se udu-s`e 'il-(l)a) — лугов в Нижней Месопотамии практически не было; в заболоченных тростниковых зарослях пасся главным образом крупный рогатый скот, а мелкий мог пастись в степи — или, вернее, в полупустыне, — только пока она не высыхала, а затем откармливался зерном. В этом же месяце был праздник «Съедения непорочного козленка» (m'as-ku[g]-k'u, mas-du ₇-k'u).

II. В следующем месяце (апрель — май, аккад. aiiaru[m]) продолжалась уборка хлеба. На стихийно затопленных участках, с которых была отведена вода, начиналась сложная работа по подготовке «целинной» земли путем специальной пахоты. Такие участки не годились сразу для посева. С обычных же полей в этом и следующем месяце урожай сваливали в амбары (se-guru ₇-a im-'ur-(r)a) и затем свозили на пристани и сдавали в казну (se kar-(r)a gal-(l)a). Этот месяц в Ниппурском календаре назывался gu[d]-si-s'a «Месяц приведения в порядок волов». А. Салонен [571]думает о приготовлении к сельскохозяйственным работам, но до посева было еще далеко; возможно, речь идет о кастрировании молодых бычков. В ряде городов в этом месяце справлялись поминки по родичам — праздник «Принятия пищи с родичами (=предками)», ezen ses-da k'u. В конце месяца начинались сильные северо-западные ветры из пустыни, и жара и сухость воздуха быстро увеличивались.

III. В мае — июне (аккад. simanu[m]) разлив достигал высшей точки, доходя до 3 м выше ординара; объем воды в реках увеличивался в 10 раз но сравнению с минимумом. Однако воду, как мы уже говорили, пытались не допустить до полей. Урожай был убран, и те, кто брал зерно в долг, расплачивались с ростовщиком. Как всюду на древнем Ближнем Востоке, при жатве колосья срезали высоко, и солома оставалась стоять высоким жнивьем ( sulpu[m]); конечно, среди него было немало осыпавшегося во время жатвы зерна, и по полям кишели птицы. Поэтому это был «Месяц птицеловства», и тогда же справлялся «Праздник поедания птицы искупления» (ezen u ₅-bi ^musenk'u). Велись садовые работы (поспевали огурцы, тыква). Одновременно из мокрой глины лепили кирпичи, почему этот месяц и назывался «Месяцем кирпича» (sig ₄-a) или «Месяцем укладывания кирпича в форму» (sig ₄`u-sub-(b)a gal-(l)a — таково название в г. Умме, но там оно относилось к несколько более раннему месяцу). В Уре в этом месяце происходил «великий плач о жребии бога Нанны» ('ir-gu-la ^gisru ^dNanna), а в Лагаше справлялся праздник богини Лисин, вероятно в это время разыскивавшей своего утонувшего сына. [572]

IV. В июне — июле (аккад. du'uzu[m]) разлив идет на спад, а в более раннюю эпоху, видимо, и вовсе прекращался. На «целинных» влажных землях шла вторичная обработка земли мотыгой. На орошенных полях к этому времени появлялся естественный травяной покров, который можно было запахивать в землю как удобрение. [573]Начинались предварительные полевые работы: сначала земля глубоко перепахивалась одним плугом ( maiiari mahasu) несколько раз, затем боронилась ( sakaku), разбивались комья земли ( seberu), подготавливались борозды, а затем поле еще раз пропахивалось ( eresu) плугом-сажалкой, причем семена вносились в землю; после этого землю разравнивали и орошали в первый раз (всего поле орошалось 3–5 раз). Хотя этот месяц и назывался «Месяцем сева» (su-numun-a; его аккадское название du'uzu— по-видимому, народное произношение имени бога Думузи-Таммуза), но основную культуру — ячмень на самом деле не сеяли. Перечисленные работы занимали все время по сентябрь. Только в Лагаше — вероятно, как дань какой-то старине — в этот месяц справлялся и « Праздник сева» (ezen su-numun-a); в Уре же справлялись «Поминки Ниназу» (ki-s`ig ^dNin-a-zu). Ниназу — хтонический бог, по ниппурской легенде зачатый в Преисподней божествами Энлилем и Нинлилью. Очевидно, это был праздник из цикла поминовений усопших.