«12 гин 11 [+
«Перед БурАдадом (?), Нгирини[изой], Акуку, Синма[гиром (?)], Дулакумом, Аппайей, Абуни [воином?], Шу[…], свидетелями». […] Дата не сохранилась.
Акуку и Дулакум тут в роли соседей, БурАдад (?), возможно, старый свидетель ПузурДаму (если это только не отец АнаСинлуштемика), а может быть, он только тезка обоих; Абуни — вряд ли брат Имликума, потому что после его имени, видимо, стояло обозначение какого-то звания. Ср. далее, № 7.
Когда за большие деньги (по масштабам этих людей) покупается 7 метров площади на троих в доме, где уже жили десятки людей,[453] то вероятно (хотя и недоказуемо), что у Илушунацира уже не было жены (ни детей, если они у него ранее были). Может быть, возможность для него внести свой вклад — 2 сикля серебра — тем и объясняется, что он уже не должен был теперь содержать семью. Рабом, однако, он по-прежнему не был.
Впрочем, через какое-то время Илушунацир заслужил благосклонность своих хозяев.
7) UET V, 150, покупка комнаты:
«1/2 сар 3 гин застроенной площади рядом с долей Нигены рядом с долей Пулалума у Алайи, жены (= вдовы) Шумиахии (=брата Нигены и Пулалума) и Белиэриша, ее сына, купили Имликум, Аттайа и Илушунацир; 10 (?) сиклей серебра, полную цену ее, он (!) отвесил; по спорам о площади (é —„доме“) они будут отвечать. В будущем друг к другу они (по этому делу) не вернутся, именем царя он (!) поклялся». По мнению Шарпэна, проданное помещение — это (7–8) на «Тихой улице, 5».
«Перед Пулалумом, сыном УрЭшбанды, Нигеной, братом его, Хушатум(ом?),[454] Абуни воином (или: рыбаком),[455] Хаибани, Эйараби, сыном Синирибама, Шагишабушу, Ишумгамилем, Синреи. Месяц ab-éd» (1807 г. до н. э.). На печати текст: «(Бог) Нингиззида, (богиня) Нингиз(а)зимуа».[456]
Ясно, что это Аттайа и Имликум покупают комнату 18 кв. м для своего патриархально-зависимого лица, Илушунацира. Свидетели, кроме свойственников продавщицы (выступающей, как и положено женщине-вдове, совместно с сыном), нам неизвестны — кроме младшего брата Имликума, Шагишабушу и, может быть, Абуни.
Весьма любопытно, что к документу приложена храмовая печать бога Нингиззиды. Поскольку ответственность за возможные иски берут на себя Имликум и компания, вероятно, что и печать эта — их; хотя каким образом они приобрели на нее право — неизвестно, разве что в результате деловой операции Илиэриша (в гл. VI, № 14)[457] или по праву родства с жрецом или жрицей Нингиззиды. Раз ответственными лицами являются Имликум и его люди, то гораздо менее вероятно, что печать бога Нингиззиды принадлежала покойному мужу Алайи или что сама Алайа была жрицей.[458]
О семействе ее мужа Шумиахии — его братьях ПузурЭллиле, Пулалуме и Нигене — мы знаем из еще двух документов, сохранившихся, однако, во
На этом наши сведения об Илушунацире кончаются. Весьма замечательно, что связанные с ним документы найдены как в U.16827, архиве Имликума и Аттайи, которые, казалось бы, и были истинными хозяевами Илушунацира, так и в U. 16830, архиве Ададбани. Это лишний раз показывает, что хотя Имликум и прочие, с одной стороны, и Ададбани — с другой, жили в разных (хотя и соседних) домах, но были очень тесно между собой связаны, и возможно, что Илушунацир обслуживал своим трудом не только Имликума и Аттайю, но и Ададбани.
На те же годы, когда происходили жизненные перипетии Илушунацира, падает еще одна любопытная сделка Имликума и его жены:
9) UET V, 93, усыновление:
«1 грудного ребенка мужского пола от Бабуришат получили на усыновление Имликум и Нуттýптум, его жена; 3 1/2 сикля на содержание ячменем, мукой, растительным маслом сердце Бабуришат, женщины этого ребенка, удовлетворено. В будущем, если Имликум или Нуттуптум, его жена, грудному ребенку мужского пола скажут: „Ты не мой сын“, они должны будут выйти (из дома их), а если грудной ребенок мужского пола Имликуму, отцу своему, или Нуттуптум, матери своей, скажет: „Ты не мой отец, ты не моя мать“, он должен будет лишиться доли и имущества, а также за серебро его продадут. Именем царя их она поклялась (он поклялся?).
