– Ты прав, редкое событие. Но в этом случае превалировали политические мотивы. Многие считали, что этот брак послужит установлению мирных отношений между джарредами и сайнесами. Но у Мэттью были свои планы. Он использовал свою женитьбу для того, чтобы проникнуть в высший свет поместья Салкрид. И прошло совсем немного времени, как ему удалось разжечь ненависть между джарредами, флогинами и сайнесами, которые и так никогда не питали взаимных симпатий. Он постоянно напоминал джарредам, что именно флогины и сайнесы вытеснили их из плодородного и богатого поместья Каркан. В результате в 184 году джарреды предприняли успешное военное наступление против флогинов и сайнесов. Им удалось оттеснить последних на узенькую полоску земли, которая теперь называется полуостровом Медок. С тех пор джарреды остаются основным населением всех трех поместий.
– Значит, те, кто задержал нас сейчас, тоже джарреды? – спросил Брайн, окидывая взглядом комнатушку. – Хорошо же они относятся к братьям по крови! Да еще после того, что нам пришлось пережить.
Поль кивнул головой. Брайн был в общем-то прав.
На следующее утро они предстали перед Советом. За столом причудливой формы сидело семь человек.
Справа, с самого края, сидел Келлан. По обоим концам стояла стража.
– Я – Симон Сигарт, – сказал человек, сидевший в центре. – Я – глава Совета.
Симон не встал, чтобы поприветствовать их. Вместо этого он откинулся на спинку стула и вперился в них взглядом. Он был самым старым из всех членов Совета. У него были седые волосы и почти полголовы занимала большая лысина. Из-под густых бровей на них испытующе смотрели серо-карие глаза. Лоб был испещрен морщинами. На нем была одета серая туника, пересеченная по диагонали справа налево двумя зелеными полосами. С левой стороны на тунику был нашит кусок ткани, рисунок которого Поль не мог разобрать. На всех остальных членах Совета были такие же туники.
– Келлан рассказал нам о вашем путешествии в замок Грейфарен и как вам удалось бежать оттуда, – заметил Сигарт. – Совершенно невероятная история. Мы выражаем вам восхищение вашей храбростью.
Все посмотрели на Поля, и он счел необходимым ответить что-то на выступление Сигарта.
– В замке Грейфарен томятся пленники, которые гораздо больше заслуживают этих слов. Лишенные зрения, они нашли в себе силы объединиться и помогать всем тем, кто сражается против лорда Тайдена. Под страхом смертной казни и казни их детей они все равно помогли нам убежать. Большинство из них джарреды или те, в которых течет доля нашей крови. Пусть они всегда будут примером истинной смелости.
– Хорошо сказано, Поль Бенэярд, – последовал ответ Сигарта. – Если можешь, расскажи о притязаниях лорда Тайдена.
– Лорд Тайден хочет захватить власть над всеми тремя поместьями.
– Зачем?
– Он – безумец, одержимый этой идеей. Он все время разжигает своих солдат призывами вернуть земли, которые некогда принадлежали сайнесам и флогинам и которых они лишились после набега Мэттью Синомса. Он собрал армию, в три раза превосходящую все наши, вместе взятые.
Члены Совета начали перешептываться. Наконец, заговорил Симон Сигарт.
– Каковы шансы трех армий противостоять лорду Тайдену?
– Наше преимущество в том, что мы сражаемся на своей земле. Мы сможем вовремя выстроить свою оборону, так как заранее знаем о готовящемся наступлении Тайдена. Правда, его армия гораздо многочисленнее. Это очень трудный вопрос. Но вот, что я вам скажу. – Поль сжал кулаки, в голосе зазвучало волнение: – Бенэярды никогда не сдадутся Тайдену! Они скорее умрут на поле брани!
– Оставим вопрос о храбрости Бенэярдов, главное, что они проиграют сражение! Я прав?
Поль опустил голову.
– Да, это вполне возможно.
Совет снова начал совещаться.
– Симон Сигарт! – воскликнул Поль, сделав шаг вперед. Его голос как удар грома прокатился среди членов Совета. Все посмотрели на Поля. – Вполне возможно, что уже сейчас Тайден начал наступление на одно из трех поместий. Брайн и я должны вернуться в замок Чалмет, и мы должны сделать это как можно скорее. Я прошу вас оказать нам помощь и вывести нас наверх.
В ответе Симона прозвучал гнев, хотя он очень хотел его сдержать:
