– С самого начала эта экспедиция планировалась как спасательная. Но они знали, что в живых они никого не найдут, и их задачей будет уничтожение корабля.
– Уничтожение корабля? Как? – спросил Брайн.
– Ни один из нас не знал технологии изготовления кораблей. Нам пришлось предположить, что каждый корабль саморазрушится, растворится, я не знаю, что еще. От первых трех кораблей не осталось и следа, а они были не такими уж и маленькими.
– Во всяком случае, они так и не нашли корабля, правильно? Он был захоронен в песке.
– Правильно, Карин. Но они нашли кое-что еще. – Олгар посмотрел на Брайна. – Кое-что, на что тебе, Брайн, будет особенно интересно посмотреть.
– Покажите, – воскликнул Брайн, – черт возьми, мне действительно интересно посмотреть на это!
По улыбке на лице Олгара было ясно, что ему особенно было приятно подтрунивать над Брайном.
– Терпение, мой друг, сначала я отвечу на вопрос Поля, а потом мы совершим небольшую прогулку.
– Итак, Поль, ты спросил о нас. Тебе, должно быть, ясно из того, что ты уже услышал, что план был далеко не идеален. Подумай о лестнице. Она все еще там, не так ли? А тебя не мучает любопытство, почему она все еще цела после всего того, что я тебе рассказал? Ты же видел колесо вентилятора! Вместо того чтобы уничтожить лестницу, они построили вентилятор, чтобы скрыть ее за вихрями песка. – Олгар остановился, подыскивая нужные слова. – Дело в том, что очень трудно полностью уничтожить свое прошлое. Какая-то часть из ученых хотела сохранить выдающиеся творения своей науки, той самой, которую они хотели уничтожить. Лестница действительно была великим творением, и они поняли, что не могут ее уничтожить. А может быть, они подумали, что когда-нибудь настанет день, и им придется взорвать Калферон. Поэтому, наверное, они оставили и эрой-тантау, который тоже был венцом инженерной мысли.
Те, кто выдолбил Чимней, насчитывали восемь мужчин и восемь женщин. Они были внуками тех, кто прибыл сюда на кораблях. Эти шестнадцать человек решили сохранить знания и записи, те, какие могли, чтобы сохранить свое прошлое. С другой стороны, они не должны были подвергать риску экспериментальное общество своих предков. Это было триста лет назад.
Олгар улыбнулся Брайну.
– А теперь время показать тебе кусочек твоего мира.
По узкой лестнице они взобрались в небольшую комнату с высоким сводчатым потолком. Сквозь отверстие в потолке столб солнечного света падал на маленький стол посреди комнаты. В стенах справа и слева от них были вырублены небольшие ниши. В них были помещены стол и стул. В дальней стене напротив них была тоже вырублена ниша, в которой была помещена металлическая капсула четыре фута высотой и два фута в диаметре. По бокам этой ниши и над ней были вырублены полки, на которых расположилось около дюжины книг, какое-то приспособление и несколько тонких, плоских предметов.
– Как вы знаете, – сказал Олгар, глядя прямо на Брайна, – первая экспедиция на Калферон не обнаружила корабля. Но они нашли капсулу, торчавшую из песка. Пожалуйста, осмотрите комнату. Я думаю, что это образчики вашего мира.
На капсуле он увидел буквы «Цинцинатти – 2005», выдавленные наверху капсулы.
– Когда нашли капсулу, книг было гораздо больше, – заметил Олгар, указывая на полки. – Но от тех, кто строил Чимней, потребовалось достаточно усилий, чтобы сохранить их.
Брайн вслух читал названия и имена авторов книг:
– Хемингуэй, Шекспир, словарь Вебстера, Энциклопедия Британника, том 1, 7, 21. Можно мне? – Брайн показал на устройство, лежавшее рядом.
Олгар кивнул головой.
Брайн снял с полки устройство и поместил его на стол под солнечный луч. Мгновенно вспыхнули две индикаторные лампочки.
– Это кассетный магнитофон на солнечных батарейках, – с удивлением заметил он.
Он тут же вспомнил о плоских металлических пластинках на полках, это были кассеты.
– И тогда, те кто прибыл на кораблях, стали изучать ваш язык, – заметил Олгар. – Наверное, это было самое грандиозное в их плане – уничтожить свой собственный язык. Таким образом, даже если бы в один прекрасный день на корабле орнанов были бы найдены записи и дневники, их никто не смог бы прочесть.
– Да, но и здесь успех был неполным. Ведь остались же некоторые слова из старого языка, – заметил Поль. – Мой прапрадед мог читать и переводить некоторые слова и фразы на старинном языке. Теперь я понимаю, как ему это помогло в его экспедиции на Калферон.
Брайн вернулся к изучению капсулы, потом резко повернулся к остальным:
– Какой сейчас год?
Поль хотел тут же ответить: 358.
Но его опередил Олгар:
– Мы не можем знать. Ты же попал в будущее, не так ли?
– Боже мой! – задрожав, воскликнул Брайн. – Цинцинатти!
Глядя с балкона, можно было разглядеть бассейн среди деревьев в саду. Его окружала каменная скамья. На скамейке сидели двое, рядом валялись сброшенные тапочки. Они болтали в воде ногами. Еще вчера Поль спросил Олгара, почему не слышно звука струящейся воды.
