«Я знал, что мое новое тело смертельно опасно. К нему нельзя прикасаться. Тот, кто прошел через смерть, не должен соприкасаться с миром живых. Я сказал об этом ученикам, но животному не скажешь. Бедный Соломон! Он хотел только потереться о мою ногу. Мой самый верный апостол, служивший за молоко и колбасу, а не ради тщеславия. Петр похоронил его. И на том спасибо.
Куда хуже было с Марией. Я вынужден был не подпускать ее к себе, а она обижалась.
— Если ты прикоснешься ко мне, ты умрешь. Не вздумай сделать это! Я не хочу быть причиной твоей смерти. Никогда!
Она заплакала.
— Не печалься, Мария! Когда я свергну Иегову, и наступит эпоха Нового Царства, у всех будут такие тела, и мы вновь соединимся.
— Тогда почему не сейчас, если все равно нужно пройти через смерть?
— Не смей! Не оставляй меня!
Мне было слишком трудно. Я мог бы найти себе десятки других женщин и убивать их своей любовью. Я уже научился убивать и больше не ценил людей. Но мне нужна была Мария, и я был нужен ей. Убежденный эпикуреец, ставший монахом поневоле!»
«Их привели ко мне, когда я вернулся из Америки, вернулся триумфатором. Ко мне привели моих убийц. Точнее проводников. Союз Связующих.
Они преклонили передо мной колени и склонили головы, Иуда Искарти и его люди.
— Мне не нужно ложного почтения. Встаньте! — сказал я.
Но они остались коленопреклоненными.
— Зачем вы это сделали?
— Ты знаешь, Господи.
— Я знаю, что вы проводники. Но, кто приказал привести меня?
— Тот, кто назначил встречу.
— Я не люблю, когда мне назначают свидания против моей воли! Он бы мог сам прийти ко мне. Мы равны друг другу.
— Потому мы с радостью примем смерть, если имели несчастье огорчить тебя, Господи.
Я расхохотался.
— „Имели несчастье! Огорчить!“ Да, вы меня очень огорчили. Вы служите ему, а не мне.
— Невозможно служить ему и не служить тебе, Господи. И наоборот. Вы — одно.
— Ну, нет! Я человек, и поступаю так, как хочу. Вы примите смерть.
— Да, Господи. Но у нас одна просьба…
— Говорите. Но не обещаю исполнить!
— Позволь нам поцеловать тебе руку.
— Всего-то, — я горько усмехнулся. — Ты первый, брат Иуда.
Он подошел ко мне, опустился на колени и благоговейно поцеловал мне кончики пальцев. Когда он упал мертвым, я обвел взглядом других. Но никто из них не смутился. Они знали.
— Ну, кто следующий? Добро пожаловать!
Следующий невозмутимо перешагнул через труп своего соратника и повторил его подвиг. И так все четверо. Я сел на стул среди четырех мертвецов. Что я чувствовал? Торжество! Но оно мне не нравилось».
