Бвонг тем временем скрылся в коридоре и более не показывался. А между тем пламя разгоралось, дым потянулся уже из окна на корме где до последнего момента оставался на боевом посту сэр Транниллерс. В кают-компании было чему гореть, причем хватало быстро воспламеняющихся материалов. Все эти ткани, плетеная мебель, крепкое спиртное из перегнанного алкоголя, книги и разные бумаги.
— Да он ничего не разглядит в этом дыму! — в отчаянии крикнул Трой.
В коридоре померещилось какое-то движение не вписывающееся в ритм завихрений сгустившегося дыма. Хватка трех рук ослабла, не сговариваясь бросились к двери, подбежали как раз в тот момент когда показался Бвонг. Надрывно кашляя, он полз на четвереньках одной рукой придерживая накрытую тлеющим покрывалом клетку.
Уже снаружи, жадно глотнув свежего воздуха, здоровяк попросил:
— Посмотрите птицу. Как она. А то… — конец фразы оборвался из-за очередного приступа кашля.
Сэр Транниллерс отбросил в сторону одеяло, и злобно нахохлившийся Фдуч тут же поприветствовал всех собравшихся:
— Подонки! Вы все подонки!
Бвонг улыбнулся будто маленький ребенок:
— Живая птица, успел вытащить, — и тут же нахмурился: — Корм забыл прихватить, вот же растяпа.
— За кормом сбегаешь, или мы все-таки пойдем к плоту? — с трудом заставляя себя не закричать во всю мощь легких осведомился Трой.
Бвонг обернулся, посмотрел на распахнутую дверь, из которой плотным потоком вытекал густой дым, покачал головой:
— Пусть посидит голодным, он голодный куда ласковее.
— Подонки!
К стапелю добирались под аккомпанемент однотипных оскорблений, которые изрекал взбешенный Фдуч. Птице не понравились ранний подъем, неуважительное отношение и огненная суматоха.
Впрочем, ей ничего не нравилось.
— Лестница свободна, а ты говорил занята! — крикнул Стрейкер.
— Молчи уже, — буркнул Бвонг. — Напомнишь потом, я тебе лицо расквашу, поджигатель хренов.
— Сэр Транниллерс, вперед, — Трой указал на лестницу.
Тот, проверив зачем-то как выходит рукоять меча, бросил вниз шлем, проследил, как тот плюхнулся на ком парусины лежавший у края плота, покачал головой:
— Не хочу никого задерживать.
И с этими словами прыгнул вниз ногами вперед, с всплеском вошел в воду, быстро вынырнул, помахал покалеченной рукой:
— Со мной порядок, а вот вы шевелитесь быстрее, со стороны кубрика я расслышал нехорошие звуки.
Звуки и правда напрягают, такое впечатление, что там работает таран перед которым даже гранитные стены ничто.
— Бвонг, давай вниз! — скомандовал Трой.
— Нет, я вас задержу, последним пойду. Есть за мной грех — медленный я. Пусть лучше ты. И Фдуча забрать надо.
— Стрейкер, твоя очередь, — решил Трой. — Смотри не вырони клетку, мы не для того спасали птицу чтобы утопить.
— Клетка деревянная, не утонет. Может даже ругаться меньше станет после купания, — ответил на это Стрейкер, но, несмотря на такие слова, обращался с птицей капитана бережно.
Вор только-только добрался до плота, как в стороне кубрика уже не ударило и не треснуло, а сломалось шумно и необратимо. Затем торжествующе заухали в несколько глоток, и Трой увидел, как из ямы выскочили две проворные стремительные фигуры, замерли на краях, начали резво озираться.
Вздохнув, проверил, туго ли сидит меч в ножнах, вытащил кинжал, с оттяжкой рубанул по одной веревке, затем по другой. Лестница полетела вниз, он негромко крикнул:
— Отчаливайте, а то они вам на голову свалятся!
— А как же мы?! — вскинулся Бвонг.
— Топор заткни за ремень и вниз, как сэр Транниллерс.
— Но я не умею плавать! — выкрикнул здоровяк испуганно таращась в сторону кубрика.
Пепельники, наконец, заметили подозрительную возню, сразу двое помчались к стапелю, а из ямы выскочила новая парочка.
— Нам хана!!! — паникуя, заорал Бвонг.
Трой бесцеремонно врезал ему по ступне, пробитой гвоздем, она до сих пор заставляла громилу прихрамывать и вскрикивать при неудачных движениях. Вот и сейчас тот охнул, запрыгал на здоровой ноге, лишившись надежной опоры. И ничего не смог сделать, когда Трой толкнул его в пролом фальшборта с такой силой, что толстяк перевалился через натянутый там предохранительный канат.
Бвонг еще летел, а Трой уже прыгнул следом, холодея не от страха высоты, а от того, что так и не узнал — умеет ли он плавать. Его память по этому поводу помалкивала. То, что он кое-что знает о морском деле — обнадеживало, но не давало твердую гарантию. Наверняка на свете полным-полно матросов которые неспособны и минуты продержаться на воде.
Вот сейчас он узнает о себе кое-что новенькое.
Барк уже заметно ушел в воду, пепельники неспроста устроили такой дебош, морская вода все прибывала и прибывала вытесняя тварей из трюма. Но высота все еще приличная, всплеск получился добротный, хотя и не сравнить с тем, который устроил Бвонг. Здоровяк в воздухе чуть развернулся, вошел в воду неровно, и, должно быть, зашиб ладони, уж очень неудачно ими хлопнулся.
Трой, непринужденно подплыв к отчаянно барахтающемуся товарищу по несчастью, ухватил его за шиворот, попросил:
— Не дергайся, я тебя держу. Просто не мешай, плот рядом, сейчас нам помогут.
