Они успели. Справа уже наползал половинчатый диск Ярри – вечно в одном положении, боком к светилу, у нее не бывает полнолуний, а то, что называют новолуниями, на самом деле затмения, когда красный спутник ныряет в омут исполинской тени планеты. За собой шустрая луна тянет водяной вал, который вот-вот затопит все до самого обрыва. Это не просто затруднит путь, это перережет дорогу к вожделенному острову. В отлив до него можно добраться, не замочив ног выше коленок, но на высшей фазе прилива там можно утонуть, а уж протащить по глубокому и бурному морю носилки с тяжелораненым – невозможно.
Но они успели. Сперва перебрались через маленький островок, где на берегу остались вытащенные обломки плота и вещи, которым не нашлось места в заплечных мешках. Далее преодолели мелководный в отлив пролив, и вот они уже на куда большем клочке суши.
Здесь есть вода, есть пусть и неважное, но убежище, окрестные воды богаты морскими дарами. Они могут продержаться долго. Если, конечно, не вмешается какая-нибудь из многочисленных опасностей Крайнего Юга.
Впрочем, Трой засиживаться на острове не собирался.
Костер – это чудесно. Даже простое наблюдение за ним успокаивает, настраивает на философский взгляд. Надо быть полным уродом, чтобы затеять ссору или драку рядом с пляшущими огненными язычками. В них будто есть магия, которая воздействует на разум.
Трой, пристально уставившись на пламя, заявил:
– Завтра я уйду.
– Куда? – спросил Бвонг, с громким чавканьем обгладывая рыбий хребет. – В клоуны записываться?
– Неплохая идея, но как-нибудь в другой раз.
– Тогда чего тебе на заду не сидится?
– Кто-то должен пойти за помощью, так пусть это буду я.
– По-моему, тебе тоже помощь нужна, – рассеянно заметила Миллиндра, прилаживая к руке Храннека очередной вариант шины. – С головой у тебя явно не все в порядке, и дело тут вовсе не в памяти.
– Может, ты и права. Но я все продумал, это лучший вариант. Мы ограничены во времени, задержка может нас убить.
– Ты о чем?
– О том, что мы застряли здесь надолго, возможно – на несколько месяцев. Не забыли, что нам надо по прибытии показаться клирикам? Ведь только они могут деактивировать контролирующий яд, сами мы противоядие не найдем.
– Сколько у нас осталось времени? – напрягся Бвонг.
– Пока напрягаться рано, но я почему-то напрягаюсь. Мы можем просидеть здесь слишком долго, надо что-то решать, и решать как можно быстрее.
– Идти в одиночку – самоубийство. – Миллиндра покачала головой.
– Сэр Транниллерс жаловался, что группой тяжело передвигаться. То есть, даже если все поправятся, мы можем опять нарваться на той равнине или дальше. И опять остановимся надолго, после чего яд нас убьет. Надо или пробовать обойти равнину трессингов по морю, а оно там, по всем признакам, глубокое и неудобное, или опять рисковать. Одиночке гораздо проще, у него больше шансов проскочить незамеченным.
– Или нарваться и остаться там, как Стрейкер, потому как один ты с кучей трессингов не справишься, – произнес Драмиррес.
– Да, не спорю, это рискованно. Но риск оправдан. Я уже все решил, давайте оставим тему. Мне не нужны ваши сомнения, а вот полезным советам был бы рад.
– Мой совет тебе – прихвати веревку. Как станет невмоготу, повесишься.
– Спасибо, Драм, совет ценный, учту.
– А почему ты решил, что найдешь помощь? – спросила Айриция. – Никто не согласится идти в такие опасные места из-за кучки преступников и искалеченного рыцаря.
– Мы не просто преступники – мы рашмеры. Стоит церковным властям узнать о том, что их люди в беде, они придут на помощь.
– Трой, ты наивнее грудного ребенка. Мы всего лишь преступники с погибшего корабля, никто не станет ради таких рисковать. Мы отбросы, церковное мясо, нас не жалко.
– Она права, – еле слышно прохрипели со стороны травяного ложа рыцаря.
– Сэр Транниллерс! – подскочил Трой. – Вы очнулись!
– Боюсь, это ненадолго. Но я успел услышать, что ты задумал.
– Вы тоже считаете, что я не прав?
– Неоднозначный вопрос… Мне тяжело собираться с мыслями…
– Вам надо спать, а не болтать! – требовательно заявила Миллиндра. – Я не пойму, почему вы до сих пор живы, и точно знаю, что при тяжелых ранениях необходим покой.
– Девочка, я высоко ценю твое мнение, но завтра могу не проснуться, так что придется решить все прямо сейчас. Меня и правда здорово потрепало, даже у рашмеров есть свой предел, и я к нему опасно приблизился. Так что давай обойдемся без ненужных споров, выскажу нужное и умолкну.
– Только быстрее.
– Постараюсь. Трой полагает, что у одиночки больше шансов добраться до обитаемых мест. И, признаю, в его словах есть проблески разума. Но тут все зависит от личности этого одиночки и от удачи. Я не уверен, что у Троя получится. Я не уверен, что это получится даже у меня. Говорю, конечно, о себе в хорошей форме, а не об этом обрубке. Это очень трудно. Немыслимо трудно. Крайний Юг – не место для одиночек.
– Я сумею, – уверенно произнес Трой.
– Ты о себе ничего не знаешь, чтобы делать такие выводы.
– Знаю уже достаточно.
