— Я доволен своей работой. Если в один прекрасный день ты пошлешь на Луну человека, не забудь обо мне. Если там окажутся люди, я хочу и для них шить. Пусть и там красиво одеваются.
Вачик понимает, что Тигран шутит, но в то же время чувствует, что в его желании есть какая-то истина. Говоря о Луне, Тигран в действительности говорит о нашей планете, о нашей Земле.
— Ребята, куда вы запропастились? — испуганно спрашивает дядя Арам, не слыша сверху ни звука.
— Об антеннах, об антеннах забыли! — вскрикивает Вачик.
— Как и тогда о той девушке. Помнишь, так ее и не увидели.
Вачик принимается за работу, а Тигран смотрит вниз, на город. Он уже привык всегда радоваться, восторгаться увиденным, все заново открывать для себя, чтобы ничто в этом мире не казалось обыденным, чтобы всегда чувствовалось, что ты живешь, что существует эта земля, что существуешь ты сам, с радостями и печалями. И ты больше никогда не станешь маленьким человеком, никогда не будешь думать только о себе и никогда тебе не будет казаться, что только ты живешь в этом мире.
Тигран смотрит вниз, на город, на ту жизнь, которая не лишает человека мечты, никогда не лишает его права мечтать.
С крыши видны тысячи домов города, дым, поднимающийся из заводских труб, а над головой знакомое, ясное небо, и кажется, оно всегда было таким ясным и всегда будет таким, и солнце, которое только одно видит все, что происходит во вселенной, на земле людей, в этом городе и даже в их квартале.
Тигран опять чувствует то же, что несколько месяцев назад чувствовал на этой же крыше. И так же искренне звучат его слова:
— Вачик, мир-то какой большой!..
В отстроенном здании получили квартиру и Нунэ с Акопом. Акоп стоит на своем балконе и теперь видит квартал не из подвального окна, а с высоты четвертого этажа. Он видит знакомую, очень знакомую картину. В соседнем квартале, который пока еще начинается с недостроенного здания, собрались ребята. Они балагурят, обливают друг друга водой из крана. Мимо проходит девушка со школьным портфелем в руках. Заметив ее, один из парней хватает ведро и окатывает ее водой с ног до головы.
Веселый смех обрывается.
Ребята опешили и молчат. Некоторые краснеют и опускают головы. Другие не выдерживают и исподтишка рассматривают ее.
Девушка стоит вся мокрая, платье облепило ее тело, и кажется, что она голая. От стыда, обиды и злости она готова расплакаться. Но внезапно на ее лице появляется непонятная, едва заметная улыбка. Словно она довольна. Она уже не будет плакать.
И вместе с этим Акопу кажется, что он слышит голоса квартала. А в квартале все, любая вещь имеет свой голос. Присущий только ей голос. И пусть даже этот голос в отдельности не слышен, но все вместе они-то и составляют квартал. Квартал, который имеет не только название и номера домов. Но и свою мелодию. Правда, эта мелодия всегда меняется, потому что меняются люди квартала. И кажется, что сейчас она звучит отчетливее и увереннее, потому что сейчас она слилась с жизнью и мелодией большого города.
Армянскому прозаику Перчу Зейтунцяну 22 года. Он родился в Египте, там же провел детство, а десять лет назад вместе с другими репатриантами приехал в Советскую Армению.
Через два года, когда Перчу Зейтунцяну было четырнадцать лет, он написал и опубликовал в армянском журнале «Пионер» свой первый рассказ «Вознаграждение».
С тех пор рассказы Зейтунцяна печатались в различных газетах и журналах, в том числе в переводе на русский язык. Издательство «Айпетрат» (в Ереване) выпустило две его книги. Во вторую, кроме рассказов, вошла повесть «Голоса нашего квартала». По этой повести Зейтунцян написал киносценарий, и в настоящее время Ереванская студия заканчивает производство этого фильма.
Несколько рассказов Перча Зейтунцяна получили Вторую премию на Всесоюзном конкурсе молодых литераторов, который проводился в 1957 году в честь VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов.
Отдельной книгой на русском языке Перч Зейтунцян издается впервые.
