Караван вышел из Аддис-Абебы 19 февраля 1927 года. Однако этому памятному дню предшествовали не менее памятные недели сборов и приготовлений. Начальник каравана должен был на два месяца вперед предусмотреть все, от большого до самого малого: купить мулов, нанять погонщиков и солдат, купить винтовки и револьверы на случай встречи с хищниками. Николай Иванович заполняет страницы записных книжек названиями деревень, через которые пройдет маршрут, именами князей-расов, через провинции которых предстоит идти каравану. А рядом - списки продуктов, закупаемых на дорогу: консервы, сухари, сахар, чай. Нельзя забывать и про лекарства - на два месяца начальник каравана становится для своих подчиненных также и врачом. Кроме раствора карболовой кислоты, аспирина, английской соли и доверовского порошка, в абиссинском походе оказалось необходимым каскеровое масло от вшей и глистогонное. Последний препарат специально оговорен в контракте, который составляется у губернатора. Согласно этому контракту, начальник каравана обязан не только хорошо относиться к своим спутникам, сытно кормить их и в случае смерти похоронить по всем эфиопским законам, но также ежемесячно давать им глистогонное, ибо местные жители предпочитают сырое мясо вареному и жареному.
Сборы каравана невыносимо затягивались. «Трудностей много, самые нелепые, с которыми никогда не встречался нигде», - писал Вавилов жене в начале февраля. Недоразумения возникали главным образом оттого, что добросовестный и доброжелательный путешественник не всегда хорошо знал обычаи страны. Чтобы облегчить караванщикам и солдатам двухтыся-чекилометровый путь, Вавилов купил каждому по ослу. Ослов доставили во двор гостиницы, и… весь с трудом подобранный «штат» каравана тут же разбежался. Оказывается, сесть на осла для взрослого мужчины - позор, на ослах ездят лишь дети и прокаженные. Конфузом кончилась и попытка начальника каравана обуть своих подчиненных. Розданные босым погонщикам сандалии мгновенно исчезли: караванщики продали обувь на том самом рынке, где Вавилов на час раньше купил ее. Чтобы не попадаться больше впросак, Николай Иванович принялся расспрашивать местных коммерсантов: итальянцев, англичан, французов, которые уже проводили торговые караваны по стране. Их советы также попадают в записную книжку: «Средние цены: 1) начальнику каравана - 25 талеров в месяц + три талера на харчи, 2) Солдаты по 10 талеров в месяц… Жалованье в дороге не давать». Однако от одного горячо рекомендованного ему приобретения ученый отказался: он не взял с собой запас кандалов на случай нарушения дисциплины. Более опытный в таких делах губернатор Аддис-Абебы покачал осуждающе головой: «Попомните, молодой человек…»
17 февраля Вавилов послал Писареву открытку: «Сегодня караван (И мулов, 12 человек и 7 ружей, 2 копья, 2 револьвера) выступает в глубь страны, к верховьям Нила. Путь Анкобер - Гондар - Асмара (Эритрея). Надеюсь, если не съедят крокодилы при переправе через Нил, быть в начале апреля в Асмаре». Крокодилов в дальнейшем удалось одолеть, но осилить беспорядок, царящий в многолюдных канцеляриях Аддис-Абебы, Николай Иванович так и не сумел. Чиновники в надежде на взятку еще на два дня затянули составление контракта. «Порядочки замечательные, - с сарказмом записывал Вавилов после многочасового ожидания какого-то писаря. - Нужно адово терпение…» И снова: «Нервы мои уже вышли из равновесия. Кругом появилась тьма типов, которые устраивают всякие напасти, чтобы получить бакшиш. Людей, которым дано жалованье вперед за месяц, не соберешь. Еще не уверен, выедем ли сегодня, [хотя] уже 12 часов дня… На два месяца нужно держать нервы в вожжах. Предвижу кафиристанский аналог».
