Люди средневековья полностью

Имели ли Фантина, Беллела и Морета сводных братьев, которые пускали своих кречетов в погоню за добычей на берегах Белого озера, где любил охотиться хан, и рассказывали ли о своем полулегендарном отце, уплывшем от них навсегда, когда они были еще совсем маленькими? Мы ничего не знаем об этом, как не знаем и того, сожалел ли он, что только дочери пошли от его семени в городе лагун и что не было у него ни одного сына-венецианца, который мог бы снова отправиться в чужедальнюю страну, где Марко оставил добрую половину своей души. Быть может, он иногда обсуждал эти вопросы с Петером, своим слугой-туземцем, которого перед смертью освободил «ото всех уз, как, я надеюсь, Бог освободит мою душу ото всех грехов и провинностей». Некоторые считают, что он привез Петера из дальних странствий, и нам очень хотелось бы в это верить, но скорее всего он купил его на невольничьем рынке в Италии, поскольку венецианцы были закоренелыми рабовладельцами, а пленные монголы считались самыми сильными и самыми лучшими рабами. Итак, его жизнь прошла, и в 1324 году Марко Поло умер, прославляемый своими согражданами и оставив завещание, которое до сих пор хранится в библиотеке Святого Марка.

О его смерти некоторое время спустя рассказал нам один доминиканец по имени Джакопо Аквийский. «То, о чем он писал в своих книгах, — пишет Джакопо, — совсем не то, что он видел, поскольку языки лгунов всегда готовы внушить свои лживые домыслы другим, не упустив возможности назвать ложью то, чему они, будучи извращенными людьми, не верят, или то, чего не могут понять. А поскольку эта книга полна великих и странных вещей, в которые трудно поверить, его друзья, когда он уже был при смерти, попросили исправить книгу, удалив из нее то, что не соответствует действительности. На это он ответил, что не описал и половины того, что ему довелось увидеть». С какой яркостью можно представить себе последнюю презрительную усмешку наблюдательного человека, который в годы своей юности делал записи о необычных племенах и обычаях для мудрого и великодушного хана Кублая, а эти подлые людишки осмеливаются теперь думать, что он лгал в своей книге! Современные исследования полностью подтвердили необычайную наблюдательность Марко Поло. Да, порой он повторял излюбленные басни средневековых географов о людях с песьими головами, которые якобы живут на Андаманских островах, или о «мужских и женских островах». Все это были обыкновенные матросские байки, зато те вещи, которые Марко Поло видел своими собственными глазами, он описывает с поразительной точностью, а если какое-нибудь место ему посетить не удалось, то он никогда не будет говорить, что видел это место. Исследователи нашего времени, Аурел Штейн, Элсворт Хантингтон и Свен Хедин, путешествовавшие по Центральной Азии, с блеском доказали, что Марко Поло нигде не погрешил против истины. «У нас сложилось впечатление, — пишет прославленный французский историк, — что мы неожиданно обнаружили оригиналы очень старых фотографий — старое описание вещей, которые совсем не изменились, можно с успехом применить и к описанию современности». Хантингтон и Аурел Штейн взяли с собой в качестве путеводителя по труднодоступным районам Центральной Азии книгу китайского паломника Хи-вена Тсанга (VII век) и книгу Марко Поло, снова и снова убеждаясь, как точны их описания.

Трудно переоценить сделанное Марко Поло. Лучше всего эту мысль выразил Генри Юл, слова которого часто цитируют. Его книгу считают одной из лучших среди английских трудов по истории.