Это был самый долгожданный день в жизни Ларисы — день на кануне ее свадьбы. И она, как любая влюбленная невеста, светилась от счастья до тех пор, пока… ее не убили. Жестокий заказчик оплатил скоропостижную кончину собственной невесты, не подозревая о том, что нанятый им киллер не тот, за кого себя выдает. У этого странного типа свои планы, он меняет маски, как перчатки, примеряя на себя новые личины. Он ходит рядом, методично осуществляя план давней мести, но узнать его во множестве обличий не возможно. Однако даже такой виртуоз перевоплощений свалял дурака, устроив фальшивую гибель невесты своей жертвы. Лариса тоже оказалась любительницей маскарада, да к тому же еще и обиженной женщиной, которой, мягко говоря, плюнул в душу собственный жених. Когда эти двое столкнулись, правила игры изменились. На карте появились новые игроки и ситуация внезапно вышла из-под контроля, как и чувства вовлеченных в нее людей.
Солнце нещадно палило, превращая лица усталых прохожих в подобие выжатых лимонов. День выдался на редкость жарким и душным, что не очень-то свойственно для нашего климата. Наверное, будет дождь… Однако, ни духота, царящая на улице, ни предчувствие грозы, о котором красноречиво говорили тёмно-синие тучи, надвигавшиеся издали, не могли испортить моего великолепного настроения. Даже пот, мелкими капельками струящийся по виску, не мешал сосредоточиться на самом главном и счастливом дне в моей жизни! Я быстрым шагом двигалась по улице, стремительно приближаясь к цели своего пути — магазину свадебной одежды. Его стеклянные витрины загадочно сверкали, рассыпаясь яркими бликами от скользящих по ним солнечных лучей. Манекены в белоснежных нарядах весело подмигивали мне нарисованными глазами, приглашая зайти в рай для новобрачных, огласив свое появление мелодичной трелью колокольчика.
Я одним махом перескочила три каменные ступеньки серого крыльца и оказалась перед желанной дверью, на которой призывно мерцала изящная золотистая надпись "Салон для новобрачных". В предвкушении чего-то необычайно приятного, я замерла на пороге, боясь сдвинуться с места.
— Ларочка, здравствуй! — голос Елизаветы Сергеевны, улыбающееся лицо которой появилось в проёме стеклянной двери, открывшейся со звоном колокольчика, вывел меня из водоворота размышлений. — Ты уже пришла, дорогая. Идём, платье готово.
Женщина лет пятидесяти, в сиреневом брючном костюме и прозрачном розовом шарфике на шее, была здесь модельером. Именно ей мой будущий муж заказал пошив свадебного наряда. И теперь я пришла забрать покупку.
— Так, значит, венчание запланировано на завтра? — улыбаясь, спросила Елизавета Сергеевна, ведя меня под руку в примерочную.
— Да, — светясь от переполнявшего сердце счастья, ответила я. — Мы зарегистрировались сегодня утром в загсе. Всё, как положено, только без свадьбы. Подписали нужные документы: брачный контракт и так далее.
Собеседница была благодарным слушателем, поэтому, получив хорошую возможность поделиться переизбытком впечатлений, я ею тут же и воспользовалась.
— Теперь в моём паспорте стоит печать, где написано, что я замужняя женщина.
— А чего же вы венчание на другой день назначили? — осторожно поинтересовалась она, останавливаясь возле двери примерочной.
— Слава так захотел. Ведь эта церемония будет проводиться в Москве. Там и свадьбу сыграем. Он уже уехал, сразу после ЗАГСа, а я полечу вечером, когда заберу наряд. Славик меня встретит в аэропорту, — я пошарила в кармане просторных шёлковых брюк. — Он и билет мне купил! — радостно сообщила я, достав то, о чём говорила.
— Понятно, — усмехнулась Елизавета Сергеевна. — Что ж, настало время увидеть причину твоего прихода сюда, Ларочка, — она торжественно толкнула ладонью дверь и ввела меня в залитую светом комнату, где на стройном манекене красовалось белоснежное пышное платье из легкой шифоновой ткани, украшенное изящными белыми розочками, причудливо рассыпавшимися по всему наряду.
— Ого! — это единственное на что меня хватило.
— Прелестно, правда? — с гордостью произнесла создательница праздничного туалета.
— Не то слово! Слава будет в восторге, когда увидит его.
— Нет, дорогая, — засмеялась собеседница, — он будет в восторге, когда увидит тебя в нём.
Моя голова кружилась от счастья так сильно, что хотелось кричать о переполнявших сердце чувствах на всех углах. Вот только поймут ли те, кому я стану это всё кричать?
"Ладно, — решила я мысленно, — с уличными воплями пока повременю, тем более, впереди меня ждёт примерка".
Платье сидело как влитое, да и не мудрено, ведь шил мастер. Я крутилась перед зеркалом, будто школьница, готовящаяся отправиться на выпускной бал. Длинные легкие юбки колыхались от любого движения, нежным облаком разлетаясь вокруг меня. Обнаживший плечи и верхнюю часть груди вырез, был обрамлён маленькими атласными цветочками, утопающими в море крошечных резных листьев.
"Наряд для принцессы — никак не меньше! Интересно, сколько же денег выложил мой милый за такое великолепие?"
— Последний штрих! — Елизавета Сергеевна осторожно опустила на мою голову венок с длинной мягкой фатой. Спереди у этого головного убора был вырез, открывающий мой довольно высокий лоб. Двухслойная фата крепилась сзади.
— Теперь ты, девочка, настоящая королева, — эти слова долетели до моего сознания сквозь пелену многочисленных мыслей и мечтаний, связанных с тем восторженным состоянием, в котором я пребывала. Упаковав подвенечный наряд в большую коробку овальной формы, женщина перевязала её голубой атласной лентой, и вручила мне. — Здесь всё: и туфли, и фата, и само платье. Езжай, Ларочка, и… будь счастлива.
Я уже была счастлива! У меня есть любимый муж, восхитительное свадебное платье, а завтра состоится торжественная церемония, о которой пару месяцев назад я даже не мечтала. Осталось совсем чуть-чуть — сесть в самолёт и, прибыв в Москву, оказаться в объятиях Славы.