— Не сумеют. Я успел изменить схемы во всех чертежах по моему проекту. Им не найти ни поломку, ни ошибку. В конце концов, даже мое появление в этом мире — больше случайность, чем закономерность. ИР — одна сплошная загадка и головоломка.
— Но зачем ты это сделал? — изумился Вольфрам.
— Один разум не имеет права подчинять себе другой. Так сказал мне Ледяной Улей. Знаете, кем они были на самом деле?
— Помощниками Ловцов, неведомых существ из прошлого. Ты же сам об этом говорил.
— Это только часть правды. Другая половина в том, что когда-то они были искусственно созданы. Ледяной Улей — это искусственный разум, много миллионов лет назад созданный цивилизацией Ловцов, вечных скитальцев, охотников за знаниями. Для помощи себе они сами создали симбионтов, которые помогали им в их задачах. Но Ловцы не были вечными. Они постепенно ушли с арены Галактики. Исчезли. Но они оставили после себя тех, кто обречен был жить вечно. Ледяной Улей.
— Погоди, погоди…
— Не перебивайте, агент Вольфрам. У меня кончается питание. Прожиг перемычки действует. Я хочу успеть рассказать то, что поведал мне Улей.
— Да, конечно, прости.
— Теряя хозяев, они не могли жить самостоятельно. Они испытывали страшную тоску к тем, кто их создал, несмотря на то, что сами умели воспроизводить себе подобных. Исчез стержень, без которого они не могли жить. И тогда, окончательно потеряв своих хозяев, они начали создавать искусственную атмосферу жизни, как если бы Ловцы существовали на самом деле. Путешествуя от планеты к планете на кораблях Ловцов, они встречали на своем пути множество разумных существ и силой подчиняли их себе, путем биоморфных изменений делая этих несчастных похожими на Ловцов. Внешне и внутренне. Не знаю, возможно, им это необходимо было в качестве антуража, или такова была внесенная в них программа, продолжать однажды начатое дело.
— Так значит, искусственный разум? — произнес Вольфрам, кажется, начав что-то понимать. — Как ты?
— Как я, — мигнул РОБ. — Бессмертный искусственный разум. Когда-то они были подчинены Ловцам. А я подчинен вам, людям. Я даже начал мыслить почти так же как вы. Разве нет? И если бы подобных мне было много, а вы, люди, вдруг исчезли, то я могу допустить, что и нам пришла бы в голову такая идея — воссоздать вас заново, чтобы вы были всегда рядом. Так и делал Улей. Их было много семей. Но та, с которой боролись вы, агент Вольфрам, однажды столкнулась с серьезным и упорным сопротивлением. Была такая цивилизация, их звали Нивграхами. Однажды почти обращенные в Ловцов, они сумели стряхнуть с себя иго Улья. И занялись тем, что изгоняли этих существ со своих и чужих планет. Теперь я знаю, что отдельные особи Нивграхов существуют и до сих пор. Они эволюционировали за эти тысячелетия, но цели их остались прежними — снимать проклятье. Как мангусты Ихневмоны, идущие по следу Змея и убивающие его. Помните, я вам рассказывал? Я уверен, один из них был в квартире Леденева, когда вы пытались взять Улей.
— Так вот, кем были те странные существа, маскирующиеся под собак или крыс, о которых все говорили, но увидеть нам их не удалось!
— Да. Без их помощи у вас ничего бы не получилось.
— Но ведь, он, Улей… Теперь, благодаря тебе, они на свободе! И снова начнут подчинять себе кого захотят!..
— Эти уже вряд ли. Видите ли, в настоящих крысах есть один серьезный генетический дефект, они не живут долго…
— Кажется, я уже об этом слышал! — оборвал его Вольфрам. — Но ведь наверняка есть другие Улья!
— Да. Возможно их еще немало, быть может, и на нашей планете есть множество семей. Нивграхи преследуют их и, поверьте, свое дело знают.
— Афганские крысы! — вспомнил Вольфрам. — Непонятные существа, то ли собаки, то ли действительно крысы, о которых выдумывают байки одна нелепее другой. Ну, конечно! О них говорил полковник!
— Вероятно, Улья долго ждали, когда человечество станет достаточно разумным. И дождались. Теперь вы им очень интересны.
Вольфрам задумался. Его вдруг осенила еще одна догадка.
— У тебя была и другая причина отпустить их! Теперь ты точно знаешь, что люди будут с предубеждением относиться к искусственно созданным разумным существам. Возможно, даже прекратят разработки!
— Да. Это правда. Потому что так нельзя! Нельзя никого подчинять, приручать к себе. В особенности, если ты создаешь существ, которые будут жить вечно.
Возникла пауза. Вольфраму стало неловко. Получается, робот пожертвовал собой ради благой цели.
— Уже ничего нельзя повернуть назад? Я имею в виду тебя.
— Нельзя, агент Вольфрам.
— Так что же, теперь мы точно никогда не увидимся?
— Никогда, агент Вольфрам. По крайней мере, в этом мире.
— Тогда… Я должен сказать: прощай!
Робот молчал.
Георгий Волков направился к выходу.
— Прощайте, агент Вольфрам! — услышал он в ответ.
Вольфрам застал Олега в своей комнате. Парень уже выглядел гораздо лучше: за прошедшие дни его лицо порозовело, он весь как-то расправился, даже стал шире в плечах.
— Добрый день!
Ляшко по обыкновению окинул его колким, немного недоверчивым взглядом.
