Мы поддерживаем связь с Ваней каждые десять минут, поэтому "вызвонить" его не составляет особого труда. Сообщаем о своем местоположении. В ответ узнаем, что он уже движется в нашу сторону и прибудет через минуту -- максимум две. Памятуя о Ваниной "пунктуальности", заключаю, что у нас в запасе по меньшей мере минут десять.
Которые, впрочем, не пропадут даром. Пока Ваня едет, спешно собираемся в путь. С тоской взирая на стрелку топливного датчика "Джука", не успевшую опуститься даже на полсантиметра, открываю багажник, и девчонки принимаются потрошить сумки. Содержимое быстро сортируется на две кучи: "необходимое" и "жизненно необходимое", и лишь последнее мы рассовываем обратно по сумкам. Когда на земле остаются лежать рыболовные снасти и инструменты (все, кроме маленького топорика, незаменимого в пути), портативная газовая плита и баллоны с пропаном, котелок, веревка, капканы, запасные теплые вещи, а так же половина нашего провианта, шесть пятилитровых баллонов питьевой воды (с собой берем только фляги) и две канистры бензина - тоской наполняются уже не только мои глаза, но и глаза всех остальных. Однако иного выхода у нас нет, раз уж мы решили идти налегке. Успокаиваю себя мыслью о том, что капитаны старинных кораблей, попав в шторм, поступали так же.
Ваня не дает повода разочароваться в себе и прибывает с пятикратным опозданием. Он один. На вопросы о тетке и сестрах только качает головой. Что ж, учитывая сложившуюся ситуацию, еще неизвестно, кому повезло больше. Весьма вероятно, что идею гарцевать по полям, оккупированным тысячами "прокаженных", они бы не восприняли с должным энтузиазмом.
Время тает на глазах. Минута уходит на посвящение Вани в самоубийственный план. Минуту экономим на спорах (Ваня всегда с коллективом), но тратим две на уговоры не брать в поле мотоцикл. Где-то находишь, где-то теряешь.
Наконец, все вопросы улажены, вещи собраны, оружие подготовлено и заряжено. Те, кому не досталось огнестрельного, довольствуются колюще-режущим и -- в случае с арбалетом Витоса -- стрелковым. Я, Женя, Михась и Витос вызываемся в носильщики, так что наши спины и руки оттягивают еще и тяжелые рюкзаки с сумками.
Сбиваемся в кучу для последнего брифинга. По глазам Михася вижу, что он хочет сказать слово. Охотно предоставляю ему такую возможность.
-- Ну, что, все собрались... эй-эй, тихо там! -- Михась выдерживает паузу, позволяя гвалту стихнуть. - Короче, слушайте внимательно. Сейчас выйдем на трассу и сойдем с дороги во-о-н там, -- он указывает пальцем где. - Выйдем в поле и будем двигаться на юго-запад, в обход первого стада строго по прямой. Мы должны пройти аккурат между шоссе и юго-восточной Промзоной... во-о-он те здания вдалеке, видите?
Михась указывает на скопление невзрачных кирпичных построек вперемешку с тускло поблескивающими металлическими ангарами у западной окраины поля, на котором разместилось первое, ближайшее к нам, стадо. Я хорошо знаю эту Промзону, часто бывал там по работе - на одной из баз мы с братом закупали комплектующие для производства жалюзи. Кажется, это было тысячу лет назад.
-- Запомните, -- продолжает Михась, -- если Промзона слева от вас - значит, вы идете правильно. Если она вдруг оказалась справа, спереди или сзади, -- тут он позволяет себе косо ухмыльнуться, -- ну, значит, вы в ужасе убегаете от "прокаженных" в неправильном направлении.
Раздаются нервные смешки.
-- А если там еще одно стадо? - спрашивает Арт.
-- Или эти ваши, блядь, фуражиры? -- поддакивает Ваня, попыхивая сигаретой.
-- Они не наши, Вано, -- отрезает Михась. - А лично тебе я бы советовал поменьше дымить, не то и правда первым пойдешь на фураж. Нам предстоит солидный кросс, и тащить тебя на своем горбу желающих мало.
На пухлом Ванином лице пренебрежительная улыбка:
-- За меня не волнуйся, -- он демонстративно затягивается сигаретой, -- я ахуенно бегаю.
-- А ты давно проверял? С последнего раза, небось, лет двадцать прошло.
Вместо ответа Ваня показывает средний палец.
Михась поворачивается к Арту:
-- Бро, я не знаю, что будет, если там еще одно стадо. Думаю, сориентируемся на месте. В любом случае, сейчас заморачиватсья этим бессмысленно.
-- Согласен, -- говорю я. - Один хуй всего не предусмотришь.
-- И чо-то полюбасу пойдет чер`ез жопу, -- прибавляет Витос.
Согласно киваем. Морды у всех серьезные, собранные, и, в то же время, большинство едва сдерживает улыбки. Нервное, не иначе.
Михась обводит всех взглядом:
-- Ладно, и последнее. Бежим кучно, никто не отбивается, не урывается. Носильщиков охранять с особой тщательностью, просматривать и прикрывать все зоны. Слушайте, что вам говорят, соображайте быстро, не тупите. И, самое главное, не очкуйте.
Последнее наставление -- задачка не из простых. Но кто обещал, что будет легко?
18:12
Лямки походного рюкзака больно врезаются в плечи. В правой руке дробовик "Ремингтона", изрядно прибавивший в весе - бег по неровной зыбучей поверхности здорово выбивает из сил. По заднице хлопает мачете, пристегнутое к поясу. Накладные карманы куртки оттопыривают запасные патроны.
