Заправив кровати - теперь они с Джеком спали в разных комнатах, Мария-Елена вступила в сердитую мысленную перепалку с женщиной, сидевшей в "плимуте", однако на сей раз гневные выпады в адрес шпионки не принесли ожидаемого облегчения. Ее страстные обличительные речи, обращенные к сильным мира сего, алчным и жестоким толстосумам, еще ни разу не возымели того действия, на которое она рассчитывала, но хотя бы разгоняли черную хандру Марии-Елены. На сей раз ее отповедь не помогла добиться даже этой скромной цели.
Хуже всего было то, что Марии-Елене и самой надо было обратиться к властям со своими горестями, но она никак не могла заставить себя сделать это. Хотя и была совершенно уверена, что Андрас похитил ее прошлое.
Андрас Геррмуил, назвавшийся продюсером звукозаписи, надавал Марии-Елене кучу обещаний и тут же исчез, прихватив с собой все ее пластинки, плакаты, фотографии и газетные вырезки.
Около двух месяцев назад зазвонил телефон, и в трубке раздался восторженный баритон:
- Мария-Елена? Я имею в виду - та самая Мария-Елена?
"Неужели даже здесь, в этой стране?.." - изумленно подумала она. Мысль об этом была приятной, но Мария-Елена по привычке ответила:
- Простите, но я не понимаю, о чем вы говорите.
- Это вы! Я узнал ваш голос! - Собеседник перешел на бразильскую разновидность португальского. - Когда вы пели, я был еще молод и жил в Бразилии. И был самым верным вашим поклонником, ездил за вами, где бы вы ни гастролировали.
- Извините, - сказала Мария-Елена, невольно переходя на португальский, - но вы ошиблись...
- Нет, не ошибся. Вы помните, сколько раз выступали в Белене?
Белен - небольшой город на севере Бразилии.
- Что? Нет, я не... - отозвалась Мария-Елена.
- Трижды! - торжествующе заявил собеседник. - И каждый раз я приезжал туда, хотя жил в Сан-Паулу... Мария-Елена, помните ли вы свой альбом "Жизнь в Сан-Паулу"? Это моя любимая пластинка! Я от нее просто без ума!
- Прошу вас, не надо...
- Извините, я, кажется, увлекся, - продолжал напирать голос. - Меня зовут Андрас Геррмуил, я работаю в студии "Гемисферик рекордз" на должности продюсера А и Эр. Хотите - верьте, хотите - нет, но я звоню исключительно по делу.
Произнесенные на английский лад буквы "А" и "Эр" привлекли внимание Марии-Елены.
- Как вы сказали? - переспросила она. - Что значит "А и Эр"?
- Артисты и репертуар, - ответил он по-английски и вновь перешел на португальский: - Это значит, что я участвую в подборе выпускаемого материала. Не уверен, что вы знаете о фирме "Гемисферик", но...
- Впервые слышу.
- Мы распространяем в Соединенных Штатах музыку народов всех Америк канадскую, мексиканскую, центрально- и южноамериканскую. Мы были бы искренне рады иметь в своем списке Марию-Елену...
- Нет-нет, прошу вас...
- Мы не можем допустить, чтобы о вас забыли! Когда вы выступали на сцене, с вами могла сравниться только Элис Регина!
Элис Регина была ярчайшей звездой бразильской эстрады - до тех пор, пока не покончила с собой.
- Что вы, разве я могла сравниться с... - заспорила Мария-Елена, заливаясь краской.
- Итак, вы признаете, что вы - это вы! Мария-Елена, позвольте навестить вас!
Мария-Елена не смогла отказать, и он приехал, черноволосый миловидный мужчина лет тридцати пяти. Он принялся флиртовать с ней, впрочем, не выходя из рамок приличий. Он расписал яркими красками картину возрождения ее певческой карьеры в этой сухой холодной стране и сунул Марии-Елене свою визитную карточку, получив взамен две картонные коробки, в которых хранились свидетельства ее былой славы.
Андрас уехал, пообещав вскоре позвонить и прислать контракт, и несколько недель Мария-Елена жила в счастливом сне, мечтая о грядущем успехе. Неужели это возможно? Неужели она снова будет петь? Мария-Елена жалела, что не оставила себе хотя бы одну пластинку, чтобы освежить в памяти собственный голос. Сможет ли она взять и запеть? Сможет ли покорить холодных, бесстрастных жителей Северной Америки?
Андрас все молчал, а почта не спешила доставить долгожданный контракт. Мария-Елена потеряла покой и сон, но не решалась позвонить. Она должна ждать. В делах часто случаются проволочки.
Вчера она все же достала карточку и набрала указанный на ней номер в Нью-Йорке. Записанный на пленку голос сообщил, что номер не обслуживается. В справочной службе Нью-Йорка Марии-Елене сказали, что в городе нет фирмы под названием "Гемисферик рекордз".
Ох, Андрас! Что ты натворил и зачем? Неужели ты - заурядный бессердечный фанат? Неужели ты приехал ко мне только за сувениром?
Можно научиться жить без надежды. Но обрести надежду, выстрадать веру в возвращение светлой мечты и вновь потерять ее - это невыносимо. Ночью Мария-Елена лежала одна в своей постели, без сна, и скрипя зубами терзалась самыми черными мыслями.
А наутро, словно желая усугубить ее мучения, вновь появилась женщина-соглядатай в серой машине.
