Людоед на первом этаже полностью

Спустя три часа лихорадочной уборки нижняя часть дома стала выглядеть почти незнакомо. Гвинни околачивалась возле ванной, наблюдая, как мать накладывает макияж. Салли надела серебристое платье, и Гвинни не могла оторвать от него глаз.

- Мамочка такая красивая! Правда? – сказала она Людоеду и удивилась, когда тот согласился.

Наверху Малколм от красновато-коричневого цвета переходил к горчичному, а Джонни обеспокоенно наблюдал за лежащим над ирисками холмиком вещей. Внизу на кухне Каспар и Дуглас, чувствуя, что рукава у них слишком узкие, а воротник слишком тугой, уныло стояли возле подносов и блюд с едой, в готовности расставленных на кухонном столе. Каспар думал, что Рок сыграл с ним злую шутку. Дуглас беспокоился о Малколме.

- Салли непременно завтра узнает, - произнес он. – Я не знаю, что делать.

- Не пробовали промыть ему глаз? – спросил Каспар.

- Шутить пытаешься? – прорычал Дуглас.

- Нет, - ответил Каспар, который был не в настроении для перебранки. – Иногда я удивляюсь, как Малколм вообще выживает, когда ты так его подавляешь.

Дуглас пронзил его взглядом, сделавшись похожим на Людоеда.

- Если ты…

Но тут раздался звонок в дверь. Дугласу пришлось поспешить к ней, чтобы впустить толпу веселых гостей. А после них пришли еще, и еще. Люди заполнили столовую, гостиную, а потом набились в прихожей, где стояли, радостно перекрикиваясь. Людоед пробирался между ними с бутылками вина, и Дуглас с Каспаром, проталкиваясь следом за ним с подносами с едой, некоторое время были слишком заняты, чтобы помнить, что злятся друг на друга. Позже они снова встретились в прихожей, где стоял непрерывный гвалт, и Каспар не видел ничего, кроме людских спин. У Каспара болела голова, и он возненавидел работу официанта больше, чем предполагал возможным. В любом случае, еда, похоже, никому не была нужна.

Людоед наливал вино леди, стоявшей у основания лестницы, и Дуглас стоял рядом с ним.

- О, это ваши сыновья? – пронзительно спросила леди.

Людоед, который был слишком занят наливанием вина, чтобы слушать, кивнул.

- Как мило! – воскликнула леди. – Сразу видно, что они братья. Они так похожи.

Дуглас и Каспар недружелюбно посмотрели друг на друга поверх своих подносов.

- Только этого мне не хватало! – прошептал Дуглас на ухо Каспару. – Быть принятым за твоего родственника.

- И мне тоже, - ответил Каспар.

И то, что их с Дугласом отражения в зеркале, висевшем в прихожей,  действительно не слишком отличались друг от друга, только добавило раздражения. Каспар сердито отвернулся и увидел спускающуюся по лестнице ириску.

Дуглас тоже ее увидел. Каспар понял это по выражению его лица в зеркале, когда повернулся обратно, чтобы устроить поднос на вешалке для одежды. Но Дуглас ничего не сказал. Он только убедительно протянул леди поднос с едой.

- О, это выглядит чудесно! – воскликнула она. – Мне не стоило бы, знаешь. Я вроде как на диете.

Пока ее внимание было занято, Каспар прокрался вокруг нее и взлетел по лестнице. Схватив ириску на пятой ступеньке, он в ярости потащил ее наверх.

Джонни стоял наверху следующего лестничного пролета, выглядя абсолютно отчаявшимся, и сражался с похожей на осьминога связкой бьющихся ирисок. Малколм – пугающая оранжевая тень – держал еще одну. Он казался сильно нервничающим. Ириски постоянно оборачивались вокруг его рук, а он постоянно их стряхивал.

- Какого черта ты отпустил их вот так гулять! – рявкнул Каспар со свирепостью, которая сделала бы честь Людоеду.

- Я ничего не мог поделать! – выдохнул Джонни. – Они всё время выбираются наружу, как бы я ни старался.

- Тогда избавься от них. Сейчас. Немедленно, - приказал Каспар. – Вот эта уже почти добралась до прихожей.

- Каким образом? – вопросил Джонни. – Я же не могу пронести их мимо проклятой вечеринки, правильно?

Став синим, Малколм предложил:

- Почему бы не выкинуть их из окна?

- Я не собираюсь причинять им боль! – истерично заявил Джонни.

- Хорошо, - прогремел Каспар. – Если ты такой мягкосердечный, можешь отнести их в ванную, положить в ванну и заливать горячей водой, пока они не растают. И сделай это сейчас же! А ты помоги ему, - велел он Малколму, раз уж Малколм всё равно всё знал.

- Но… - сказал Малколм.

- Нет, я… - начал Джонни.

- Делайте, что вам велено! – рыкнул на них Каспар.

Он швырнул заблудившуюся ириску в Малколма и помчался вниз, чтобы схватить свой поднос, пока кто-нибудь не столкнул его с вешалки. Пока он мчался вниз, шум и запахи вечерники поднимались к нему теплыми волнами. На последнем повороте он мельком увидел, как занятая, порозовевшая и счастливая Салли пробирается между кричащих людей, и он понял, что вечеринка проходит отлично. Но что, если туда проберется ириска? Думать об этом было невыносимо.

Дуглас спас поднос Каспара. Когда Каспар с шумом примчался вниз, он ждал у подножия лестницы.

- Наконец-то, - сказал он. – Это была одна из штук «Animal Spirits», да?

- Да, - ответил Каспар, слишком обезумевший, чтобы интересоваться, откуда он знает. – И этот мелкий идиот Джонни настоял, чтобы их оставить, и теперь они по всему дому!