Вот что наш сеньор король изменил и постановил в отношении членов нашего народа, находящихся под его властью, (законы) и несправедливые приговоры, противоречащие Закону и Пророкам. Первый, который он ввел как закон для членов нашего народа, что еврей не может уйти из домена одного сеньора и поселиться в домене другого сеньора. Второй закон, что он конфисковал наши поручения и наши деньги: и мы не имеем ничего, чтобы прокормиться самим и прокормить наших детей, ибо мы бедны и отвержены настолько, что многие умирают от голода. Третий, что он оставил в силе налоги, нисколько их не отменив: ему следовало бы повелеть, чтобы во всем королевстве не взимали налоги с евреев, поскольку он отнял у них деньги…. Дело в том, что он повелел своим баронам (хотя это им не по нраву), чтобы они не возмещали долги (и то же самое он повелел бальи) по поручениям Израелитов Благородным (
Далее он называет 35 последствий, порожденных этими законами, проистекающими из грехов и правонарушений, которыми, таким образом, король нанес физический и моральный ущерб евреям. Приведу два из них: «Двадцать пятое является причиной того, что злодеи из его народа всячески вредят евреям, двадцать шестое, что люди плюют им под ноги, оплевывают их». И он все время говорит о нищете евреев, о том, как трудно многодетным семьям и как нелегко молодым людям вступить в брак.
Это умело составленное обращение; в нем содержится все, что должно растрогать короля и заставить его вернуться к этим «законам»: его интерес, набожность, желание справедливости и мира, страх перед грехом и адом: «Подумайте о себе и о своей душе, чтобы не понести в земном мире и в мире загробном тяжкое наказание за эти законы, ибо они таят в себе смертные грехи»[1555].
Получил ли Людовик Святой это послание, — неизвестно. Во всяком случае, в последние годы жизни, в преддверии второго крестового похода, перед которым очищение королевства представлялось ему непременным залогом успеха, от проявил склонность к введению все более строгих мер против иудеев.
