С одной стороны, Джасти была рада — Йорвет теперь действительно избегал её взгляда, а она этим бессовестно пользовалась. Вот только искал эльф своё спасение в Амайре или Мариэль. Он старался отвлечься от своей подопечной в разговорах с другими женщинами, что безумно раздражало медсестру. С Мариэль она ещё привыкла видеть Старого Лиса. Но вот Амайра... Зубы сводило от того, как он ласково с ней разговаривает, как улыбается.
— А со мной так никогда не общается... — сквозь зубы прорычала Джасти, уходя в свою комнату с подносом еды для Зевинаса. Тут уже сидела с ним на кровати Мариэль и доедала обед.
— Ты что-то сказала? — вежливо поинтересовалась подруга. Джасти покачала головой, бросила злобный взгляд на Йорвета и Амайру и ногой громко захлопнула дверь. Послышались смешки её ученицы, и человечка непонимающе перевела на неё взгляд. — Тебе это явно не нравится.
— Разумеется! — невольно рявкнула она, садясь третьей на кровать и подавая поднос Зевинасу. Дать-то дала, а вот отпустить забыла. — Он вообще здесь не должен быть. Отвлекает Амайру от работы. Пусть валит домой, тут и так тесно.
— Ты на Амайру не злись, — улыбнулась Мариэль. — Она же была влюблена в него с самого его появления в королевском лазарете. Больше всех билась за его жизнь. А когда было решено отправить господина Йорвета в дом Последнего Пути, то очень долго убивалась и горевала.
— Всё-то ты знаешь, — пробубнила недовольно Джасти. Мало того, что ей эта информация очень не понравилась, так ещё и разозлила. — Откуда она всё знает?! — спросила Зевинаса. Тот пожал плечами. Не потому что не знает, а потому что не понял слов.
— Вместе с Амайрой работали мои подруги. Они-то мне и рассказывают.
«И ещё вопрос: когда у Мариэль вообще находится время на подруг? По ночам к ним шляется?». Джасти продолжала медленно закипать. Девушка даже не могла толком объяснить порыв накатившей злости, которую невольно могла вот-вот начать выплёскивать на красавицу. Всё из-за Амайры и Йорвета. Глупый Лис! Да, Джасти ревновала! Ревновала его улыбки, его спокойный голос, которые никогда не получала в том количестве, в котором получила врачевательница за эти несколько дней. А может, у них и правда отношения?
— Мариэль, — вдруг заговорил Зевинас. — Скажи ей, чтобы отдала поднос... Эй-эй, Джасти, ты его сейчас сломаешь!
24. Не хочется признавать, но он мой друг
— Нет, Ваше Высочество, это самая глупейшая мысль, которую Вы только озвучили!
— Прекрати. Очень изумительный цвет. Тем более, никто не способен сделать это лучше, чем Тэалан.
— Этим только костры разводить. Посмотрите лучше на это... И к глазам подойдёт.
— Ты уже больше вредничаешь, чем помогаешь.
— Лучше же хочу. Я-то в этом смыслю больше Вашего!
— Кхем-кхем, — раздался призывающий обратить внимание спорщиков кашель.
Зевран и Леголас отвернулись от лавки, возле которой стояли, и встретились с суровым взглядом Трандуила. Глаза Владыки не выражали ничего хорошего, только дикую усталость и негодование. Ну да, эльф наткнулся на странную картину. Сын со своим другом стояли возле платьев и спорили о том, какое из нарядов больше подойдёт человеческой женщине.
Зевран чему-то усмехнулся и склонил голову перед королём.
— Я, кажется, просил потратить свободное время с пользой, — холодно заметил Трандуил.
— Запасы пополнены, отец, — моментально ответил Леголас. — Мы готовы выступить домой.
— Тогда, может, так и следует поступить, а не заниматься... — Трандуил подошёл ближе к сыну и слегка коснулся ткани платья, которое тот приметил для Джасти. Губы короля дрогнули в еле заметной усмешке, и принц понял, что Зевран прав. Если уж отец так отреагировал на этот наряд, то платье точно не подойдёт. — ...ерундой?
На этих словах Трандуил покинул Леголаса и Зеврана. Второй выпрямился перед принцем, победно улыбнувшись, забрал наряд и неаккуратно бросил торговцу.
— Кажется, Владыка был слегка недоволен, — заметил невысокий эльф, уходя в поисках ещё одного прилавка с одеждой.
Леголас пошёл следом за ним и тяжело вздохнул. Разумеется, он недоволен! Уже который раз отец ловил сына на думах о человечке, в то время как надо беспокоиться о предстоящих битвах. Но принц ничего не мог с собой поделать — он волновался за Джасти. Зевинас мог не справиться со своими новыми обязанностями телохранителя. Амайра могла упрямо стоять на своём и плюнуть на приказ Владыки. А если она и других подговорит? А если?.. А если?..
— Знаешь, я... — хотел было что-то ответить голубоглазый, как его собеседник резко подбежал к одному торговцу и выхватил у него зелёный наряд, который тот только собрался убрать.
— Вот! Замечательное!
— Джасти любит без рукавов, — скривился принц.
— Да причём тут Джасти? — не без укора спросил друг. — Между прочим, чтоб Вы помнили, она там не одна без друзей и семьи. Это для Мариэль.
