— Кроме Зевинаса, — неуверенно ответила Джасти. — Ему вообще желательно отсидеться в доме. А тем более сейчас, после дождя. Ты так быстро ушёл, я даже не успела сказать тебе.
Йорвет покорно кивнул и быстро перевёл свои слова эльфу. Тот явно был недоволен, но встал и отправился к кухаркам. Лис поспешно отдал какие-то приказы остальным и уже собрался уйти, как Джасти его окликнула.
— Мне скучно! — простонала она.
— Предлагаешь мне тебя развлекать? — с нотками раздражения поинтересовался Йорвет. — Или на руках покачать?
— Не откажусь ни от одного из вариантов, — буркнула Джасти. — А вообще, может я смогу чем помочь Мариэль? Отнеси меня к ней.
— Сиди на месте и не смей встать, — только бросил Лис и пошёл обратно.
Джасти, разумеется, его отношение не понравилось. Всё! Забыла о героях, о принцах. Перед глазами мелькал только заносчивый эльф, а не юноша из сказок для маленьких девочек.
— Йорвет, я тебя ненавижу! — вскрикнула она. — Ты наглый, вредный и… И… — но тот, не оборачиваясь, лишь махнул рукой, мол, всё с тобой ясно. А стражники, не считая одного, так и остались сидеть на своих местах. — Мне холодно сидеть на мокрой траве. Вот я заболею, и плакала идея Леголаса, понял? И во всём виноват будешь только ты!
— Отлично, — буркнул он уже стоя рядом с Мариэль. — Надеюсь, у тебя сядет голос, и ты больше не будешь донимать меня своим писклявым визгом.
Джасти недовольно сложила руки на груди и смотрела, как он теперь мило беседовал с Мариэль. А с ней его голос менялся. Такой мягкий, бархатистый. Даже заботливый. Джасти невольно осознала всю разницу его общения с человеческой и эльфийской женщинами. Обидно.
— Зачем Вы с ней так? — без улыбки спросила целительница. — Если хочет помогать, то пусть помогает.
— Ты мне предлагаешь заменить ей ноги? Как это будет выглядеть, если я буду таскать человека на руках?
— Вынося её из горящего лазарета, Вы не думали о таких мелочах, — Мариэль слегка улыбнулась и, оторвавшись от своего занятия, посмотрела на обиженную Джасти. — Я прекрасно понимаю, что значит сидеть на месте, не имея возможности помогать. Чувство, будто ты… обуза. Глупая, ничего не знающая…
— Прекрати переоценивать человеческую медицину. Ситуация с пожаром лишний раз доказала, что на неё нельзя положиться в такие моменты. Без лекарств эта девчонка ничего не стоит.
— Зачем же Вы спасли столь бесполезное создание? Уже тогда было ясно, что ничего нельзя сохранить, —одноглазый нахмурился, выражая тем самым всё, что думал о словах Мариэль, но красавица продолжила: — Вы противоречите себе, Йорвет. Не Вы ли десять минут назад мне говорили, что очень благодарны ей? Так почему же не сказать лично?
Джасти сгорала от любопытства узнать, о чем они говорили. Мариэль улыбалась, она была уверена в своих фразах, в то время как лицо Лиса постоянно менялось. Его то злили её слова, то он был в тупике и долго обдумывал, что сказать. Как сейчас, например. Эльфийка терпеливо ждала, но, не получив ответ, продолжала:
— Вы только и называете её «Женщина, женщина». Хотя продолжаете относиться к ней, как к маленькому глупому юноше. Она, как и эльфийки, тоже очень чувствительна. Возможно, не такая зрелая. Но требует к себе более мягкого отношения. Попробуйте. Быть может, тогда она не будет так резка с Вами.
— Цветочки ей подарить? — фыркнул Лис.
— Его Высочество не дарит. Но заметьте, как она к нему относится. А ведь это, несмотря на то, что он привёл её сюда и заставил работать на нас.
— А тебе в голову не приходила мысль, что она за ним хвостом бегает? Влюбилась, вот тебе и ответ её вечного счастья, когда Леголас рядом.
