За дверью оказалась маленькая комната без окон, битком набитая всем необходимым для конного спорта: седлами, удилами, ремешками для подвязывания стремени, уздечками и поводьями. На стенах висела упряжь, стояли метлы, щетки, вилы. Процессия остановилась перед фигурой, лежащей в позе эмбриона в каком-то корыте, похожем на кормушку для лошадей. В ярком свете лампы они увидели, что это совершенно голый парень. Температура в конюшне была выше, чем на улице. Кисти и лодыжки парня скрепляли пластиковые хомутики, изо рта торчал кляп. Пленник открыл большие испуганные глаза.
Кевин Дебрандт в ужасе разглядывал склонившиеся над ним звериные головы.
Апрель 2014 г. Центральная Африка. На лагерь опустилась ночь. В палатке играли в карты французские солдаты. А по камуфляжному брезенту и по кучам мешков с песком стучал теплый, частый дождь. У них не было ни москитных сеток, ни спальных мест. Не хватало боеприпасов. Питьевой воды. Ничего не хватало.
Таково было положение дел в Центральной Африке: нищая, плохо экипированная французская армия из трудной ситуации выкручивалась, как могла, подручными средствами. А в Париже министр обороны называл операцию в Сангарисе успешной.
– Дассонвиль, на выход, – раздался знакомый голос за пределами палатки.
Он вздохнул, положил карты на картонную коробку, служившую игральным столом, встал и вышел из палатки. Увидев троих военных в противоосколочных жилетах, в камуфляжных костюмах и с разрисованными лицами, ожидавших его снаружи, он вздрогнул.
– Полковник? – удивился он, глядя на человека с синими глазами.
– Следуй за нами.
Они углубились в примыкавший к лагерю лес и какое-то время шли, прокладывая себе дорогу во влажном полумраке среди деревьев и густого кустарника. Его подвели к лесному ручью, шумевшему между деревьями. Дождь к тому времени полил с утроенной силой, и ручей превратился в широкую канаву с грязной водой. Вдруг его схватили, приподняли над землей и прижали к толстому дереву на другой стороне ручья. Он почувствовал, как руки ему прикручивают к стволу.
– Что вы делаете? – сказал он, пока еще даже не пытаясь сопротивляться: все они были его собратья по оружию, а главное – их вел старший по званию офицер.
Он запаниковал, только когда ему расстегнули ремень, спустили брюки и трусы до колен и расстегнули рубашку. По бедру спускалась татуировка в виде змеи.
– Эй, что вы делаете?!
В крике голос его перешел на визг, и сразу стало ясно, что ему очень страшно.
– Помнишь того мальчика, что ты изнасиловал? – спросил синеглазый полковник.
Парень с трудом выдержал его горящий взгляд.
– Никого я не насиловал… Мальчишка был совсем голодный… И я дал ему поесть.
Теперь его начала бить дрожь. Дождь барабанил ему по бедрам и ручейком стекал с пениса.
