Таким образом ему удалось преодолеть не более трех метров. Сильно измазавшись в курином помете и нанюхавшись аммиака, он вынужден был признать, что идея строительства курятника была ошибочна.
– Убью Серегу, гада! Посоветовал же дятел курей разводить! Урод!
Стараясь шуметь как можно тише, чтобы не выделяться особо из общего гвалта устроенного курицами, он кое как принял вертикальное положение. И тут же замер, так как буквально в пяти метрах от него стоял и флегматично наблюдал за его потугами бородатый тип с внушительным саквояжем.
– Ты кто такой мать ***?!
Чаша терпения господина Макарова переполнилась буквально за секунду. Слывший и без того скандальным политик не нашел в себе силы да и желания остановиться и решительно сделал шаг чтобы разобраться с наглецом. Вот только позабытые во вспышке гнева туго стягивающие его ноги и руки веревки, словно беря пример со странного бородача, не отреагировали на гневный оклик Андрея и продолжили все так же крепко удерживать последнего.
Последующее падение тела заместителя руководителя фракции Либерально-Демократической Партии, и сопутствующий мат немного разрядили обстановку, разогнав несушек и петухов по насестам. Животина оказалась с понятиями и для приличия повозмущавшись уже через пару секунд заняла отведенные ею места согласно привычкам и купленным билетам.
Снятый таким нехитрым способом стресс помог господину Макарову немного прийти в себя и активировать скрытые таланты убеждения. Он остро ощутил, что бородач не собирается с ним церемониться, а значит нужно активнее спасать свою жизнь. То что его заказали оппоненты из Гос.Думы было ясно как день.
– Слышь ты. Не верь им. Ничего они тебе не заплатят. Закопают тебя после дела и концы в воду. Но если решишь поработать на меня, то я могу организовать тебе убежище где-нибудь в ближнем зарубежье. Ну а там…
Развить свою мысль Андрей Васильевич не смог по банальным причинам. Резко вздернутый вверх и пролетев по воздуху несколько метров его тело со всей силы было впечатано в стену курятника. Под отчетливый «бом!» временно обрящий способность парить заместитель руководителя фракции потерял координацию в пространстве. Лишь когда с отвратительными шлепками в его руки и ноги воткнулись медные штыри он снова пришел в себя. Боль оказала отрезвляющее воздействие.
– Ах ты конченый ***! Да я тебя ***, урод, ***! Молись *** тебе ***!
Гнев, угрозы и попытка договориться не возымели на бородатого никакого воздействия. Сделав странный пасс рукой, от которого в воздухе загорелись несколько витавших куриных перьев, а помет с пола курятника разлетелся вонючей шрапнелью по сторонам, он деловито подхватил свой саквояж и подошел ближе к распятому господину Макарову.
Последовавшее за этим пятиминутное действо, заставило похолодеть страдающего от боли политика и перестать сквернословить. Все это время бородатый тип доставал различные мешочки и бутылки из своего казалось безразмерного чемодана, а затем умелыми штрихами за которыми угадывался многолетний опыт вывел на очищенном пространстве пентаграмму.
– Твою же ***! Ты что сатанист?! Да ты больной! Эй! Соседи! На помощь, убивают! – срывая голос и догадываясь что сейчас последует за этим, орал Андрей Васильевич.
– Успокойся Абаз. Я знаю кто ты, а ты знаешь кто я такой. – закончив, бородач пристально уставился на него и тут странные метаморфозы стали происходить с самим политиком.
После не совсем понятных для постороннего фраз, он вдруг перестал дергаться от боли и оскалившись в дикой улыбке склонил голову на левый бок.
– Значит вот ты какой, волхв. Слухи ходили что ты еще жив. Значит не всех еще ваших перебили. Жаль.
– Жаль. – как не странно согласился с ним он – Жаль что вы стали действовать все успешнее и успешнее. Словно порча, проникаете во все структуры. Зачем?
– Зачем что? – не понял вопроса теперь уже скинувший маску Андрей Васильевич – Зачем мы вас, волхвов убиваем или зачем вообще все это?
– Второе. – внимательно наблюдая за подвешенным бородач начал поджигать одну из свечей за другой. Последние стояли в углах пентаграммы и почти сразу же окружающий воздух наполнился запахом ладана.
– Ха. Мы всего лишь погонщики, которые следят и определяют когда стадо окончательно разжиреет чтобы пустить на мяс-о!!
Последние слова Абаз договаривал под начавшиеся разгораться прямо перед его лицом руны. Еще пару секунд он кричал угрозы и послания в адрес бородатого волхва, но когда его взгляд остановился на руне, из последней вырвался сноп синего пламени и пробив грудь уже мертвого политика, оплел темную субстанцию вырвавшуюся из него.
Постепенно печать наливалась объемом и все сильнее и сильнее засасывала чернильную сущность Абаза в себя. Последняя старательно завывая металась в объеме замкнутом пентаграммой. Лоб волхва постепенно покрывался испариной.
– Ты-ы не удержишшь меня! Я бессмертен! – прошипела мерзкая тень и руна вспыхнув особенно сильно втянула ее в себя, после чего словно окончательно проявившись в нашем мире, уменьшилась до размера кулака взрослого мужчины и с металлическим звоном упала на пол курятника.
