— Возможно, вы правы, — Менгеле поправил маску, — возможно. Ну что же, в таком случае начнём с пересадки роговицы! Как всегда, анестезия не требуется. Подготовьте пациента.
— Чего?!! — закричал Сеня. — Чего ты сказал, док?! Пересади-ка себе хер на лоб!
Сделав чудовищное усилие, он разорвал ремни и упал, но, не на холодный каменный пол кабинета «ангела смерти», а в чёрную непроглядную темноту. Падая вниз, бывший пациент доктора Менгеле, громко кричал, хватаясь руками за пустоту. И вдруг Сеня, сам того не ожидая, приземлился на каменную плиту, шлёпнувшись, как лепёшка теста на столе какой-нибудь любительницы испечь домашних пирожков.
— У мумии нужно удалить все внутренние органы, — громко произнёс незнакомый голос. — Если этого не сделать, то Анубис прогонит несчастного с глаз долой!
Оторвав перекошенную физиономию от каменной плиты, Сеня увидел лысого евнуха-жреца в расшитом золотом балахоне, размахивающего перед толпой учеников ритуальным серпом.
— Органы удаляются через задний проход, — пояснил жрец, показывая на прыщавый зад кандидата в мумии.
Тут до практического пособия по мумификации наконец дошло, что он совершенно голый.
— Сейчас, я покажу, как это делается, — сказал жрец, обходя каменную плиту, на которой стонал голый Сеня.
— Пошёл ты к чёрту, лысый! — воскликнул он. — Даже не мечтай о моём заднем проходе, понял?!
Сеня с трудом приподнялся и оглядел зал. Из помещения было только два выхода: двери, которые загородили стражники с птичьими головами, скрестив копья, и проход, ведущий в темноту. Не трудно догадаться, куда рванул наш герой, спасаясь от нелёгкой судьбы мумии, обреченной вялиться в пирамиде несколько тысяч лет.
Сеня побежал вниз по лестнице, уходящей во тьму, шлепая босыми ногами по холодным каменным ступеням.
«Странно — подумал он — а свет в конце туннеля будет? Спускаюсь, спускаюсь, а лестнице нет ни конца, ни края… какой уже этаж — восьмой что ли?.. Блин, как же темно! Ни черта не видно!»
— Привет! — зловещий шепот раздался у самого уха запыхавшегося Сени.
— Пока… — пробормотал он в ответ, ускоряя шаг, — … ну тебя на хер, что бы ты там ни было…
— Подожди! — снова прошептал таинственный обитатель кромешной тьмы. — Подожди! Давай поиграем!
— Не хочу!
— Ну, давай поиграем! Поиграй со мной немного… Не уходи!
— Вот уж дудки! Давай как-нибудь в другой ра…
Тут Сеня почувствовал, как две мохнатые лапы толкнули его в спину, и полетел кубарем по лестнице, считая ступеньки. Через пару пролетов нечто схватило несчастного за плечи и легко перевернуло лицом вверх, словно пушинку.
— Тьфу, твою мать! — физиономию Сени перекосило, когда перед ним предстал таинственный любитель игр в темноте. — Что ты за… чёрти что!
Это было свиное рыло, сверкавшее горящими красными глазами, у которого имелась пара бараньих рогов. Из пасти чудовища потянулся длиннющий язык — поправив им розовый бантик, кое-как державшийся на трёх волосинках, монстр шепотом произнёс, капая слюнями:
— Ну давай поиграем! А кто откажется играть, того я буду долго жрать! Долго, неторопливо, смакуя каждую косточку! Может быть, несколько дней, отрывая один палец за другим…
«Ну и… чёрти что и сбоку бантик!» — Сеня плюнул в сердцах, вертя головой и пытаясь увернуться от слюней, капающих из зловонной пасти.
— Иди к чёртовой матери!!! — воскликнул он.
Сеня напрягся изо всех сил и сбросил с себя мохнатую образину, тянувшуюся к нему длинным слюнявым языком. Вскочив на ноги, он хорошенько пнул легендарное Чёрти Что, обязанное носить сбоку бантик, и побежал вниз по ступенькам на свет, видневшийся далеко внизу. Монстр быстро пришёл в себя. Сеня услышал торопливые шаги и рванул по лестнице так быстро, как только мог!
Выбежав на свет, он едва ускользнул от свиномордого обитателя тёмной башни с бесконечно длинной лестницей.
— Иди сюда! — чудовище зарычало из темноты, боясь выйти на свет.
— Видал? — Сеня, сжав руку в кулак, показал темноте средний палец. — Или видала?.. Или видало… кто ты там есть, короче.
Чудовище, рыча и чавкая, обложило сбежавшую добычу трёхэтажным матом. Чёрти Что ретировалось в темноту так, и не выйдя на свет, а Сеня осмотрелся вокруг, оглядывая каждый кустик на зелёной цветущей полянке, освещенной ярким летним солнышком: «Что здесь может быть не так? — подумал он. — Зная чувство юмора Люцифера, я точно могу сказать, не «может», а «должно быть» не так!»
Чуть поодаль на холмиках, заросших полевыми цветами, прыгали белые кролики. Под ногами у Сени журчал кристально чистый ручеек холодной воды, у которого стояло стадо пятнистых коров — животные пили воду, лениво обмахиваясь длинными хвостами. Самым крупным в стаде был рыжий бык гернзейской породы, который внимательно смотрел на Сеню, а тот изучал его, удивляясь огромным размерам животного.
— Привет, мудачок! — крикнул бык гернзеец, улыбнувшись гнилыми зубами.
— Пошёл ты! — возмутился Сеня, несколько удивленный умению рыжей животины разговаривать, да ещё и в таком тоне. — Мудачка в зеркале увидишь, понял?!
