Машинный разум счёл человечество обречённым и начал проект «Эволюция». Старая социальная структура сломана. Системы связи отключены, власти не контролируют ситуацию. Армия и полиция канули в лету. Каждый волен делать то, что он хочет и неограниченно модернизировать своё тело.
Первое, что бросается в глаза, когда обозреваю окрестности со стены — пробитая пулями «медуза», валяющаяся на земле. Видимо по ней и били пулемётчики. Ещё раз проведя глазами по развалинам зданий, не обнаруживаю активности. Рявкаю, отдавай приказ стрелять по всему, что оттуда вылезет. Сразу же связываюсь с обоими пилотами самолётов. Ставлю задачу — мониторинг подходов к нашей линии обороны. При обнаружении противника — немедленно открывать огонь.
Убедившись, что никто так и появился, спускаюсь вниз. Ко мне сразу же подлетают Лана с Данилом. Оба интересуется произошедшим во время переговоров. Коротко обрисовываю ситуацию, правда, не касаясь деталей предложения со стороны деда. Просто говорю, что он хотел обсудить совместное дело. Но его сразу же прикончили высокоточной ракетой. На этом месте оба слегка подвисают. Данил, не удержавшись, бросает взгляд наверх, смотря в небо.
Дальнейшую беседу прерывают шум стрельбы. На стене открывают огонь сразу несколько человек, к которым добавляется один из крупнокалиберных пулемётов. Поднявшись наверх, ожидаю обнаружить ещё один белый шар с щупальцами. Но вместо этого, вижу совсем другую картину — на нас наступает группа людей, частично покрытых белой, едва светящейся слизью. Просто бегут к стене, подставляясь под пули.
Первая группа насчитает всего человек тридцать. Но практически сразу за ними, из развалин начинают появляться новые и новые люди. Отдаю приказ и Вихров выпускает по руинам квартала ещё две крылатые ракеты. Ситуация временно улучшается. Впрочем, буквально через десять секунд, наблюдатели докладывают о появление такого же противника по всему периметру. Отдаю команду отступать к терминалу. Первая группа отходит на машинах, остальные пешком. Отдельно едет грузовик с боеприпасами, в который успеваем забросить пять из семи тяжёлых пулемётов.
Сам остаюсь с теми тремя десятками бойцов, что перемещаются пешими. Когда отрываемся метров на пятьдесят от стены, через неё переваливает первый из «светящихся». Его сразу же срезает автоматная очередь, но следом лезут новые, падая с нашей стороны забора. Пока их не так много, получается укладывать цели прицельным огнём, одновременно с этим, быстро наращивая отрыв. Когда количество этих «ментальных зомби» становится слишком большим, разряжаем в их сторону один РПО.
Где-то на трети дороги, возвращаются автомобили, в которые загружается половина отступающих. Теперь нас остаётся всего полтора десятка. А «светлячки» не только пытаются догнать, но и появляются на флангах, отчаянно пробую отрезать нам путь. Практически непрерывно ведём огонь, продвигаясь всё дальше в сторону здания терминала. Рядом, короткими очередями бьёт Лана, наотрез отказавшаяся уехать со второй партией солдат.
Через какой-то промежуток времени, приходится перейти в режим перемещения двумя группами. Одна остаётся на месте и прикрывает первую. После того, как те отбегают на тридцать-сорок метров, отправляется за ними. А они, в свою очередь держат огнём фланги. Так, движемся намного медленнее, но единственная альтернатива — пробиваться напролом, теряя людей и подпуская противника слишком близко к себе.
С облегчением выдыхаю, увидев возвращающиеся внедорожники. Если у меня и ещё нескольких бойцов относительно высокого ранга, есть шанс пробиться к базе, то вот остальные, скорее всего погибли бы. А сейчас, нам нужен каждый человек, который может держать оружие.
Добравшись до терминала, корректирую линию обороны. Вдоль коридора, который ведёт ко входу на паркинг, тоже размещаем тяжёлые пулемёты и стрелков поддержки. Нельзя допустить, чтобы противник отрезал нас от входа в бункер. На какой-то момент появляется идея, сразу перебросить всех солдат под землю. Но что-то мне подсказывает, эти «ментальные мутанты» запросто нас почувствуют за стеной. И могу поспорить, придумают, как оттуда выковырнуть. Поэтому, отступление вниз — это крайний вариант.
К обороне присоединяем всех наблюдателей и охранников, которые успевают добраться. Единственная проблема возникает с женщинами и детьми среди самарских беженцев, которых приходится сразу отправить вниз. Сейчас там за главного Камай, у которого не так много бойцов. Поэтому, сразу предупреждаю парня — если кто-то решит устроить дебош, пусть немедленно стреляет на поражение. Внутренние беспорядки мне сейчас точно ни к чему. Как вариант — можно вовсе не задействовать беженцев. Но это ещё около сотни стрелков поддержки, которых размещаем, в основном на первом этаже. В самом опасном секторе. Обойтись без них, будет достаточно сложно.
Пока разбираемся со всему текущими вопросами, из-за зданий корпусов никто не показывается. Хотя, «новые зомби» преследовали нас, буквально по пятам. Через пару секунд, причина подобной тишины выясняется. Они просто накапливали силы. Глядя на толпу, которая со всех стороны несётся к зданию терминала, отдаю, наиболее логичный, на мой взгляд приказ — задействовать РПО. Через несколько мгновений, со всех сторон гремят взрывы, изрядно прорежающие толпу атакующих.
