– Наконец-то нормальная попалась, – кивнула Лена. – Не вертихвостка, сама работает, все имеет, детей не хочет, не больная. Ну не готовит – ерунда, повара наймете. Ишь, туфельки принесла! Аккуратная! Женись, парень, самый приличный вариант за прошедшие два года. Бери без раздумий. Неровен час отобьют. Как звать тебя?
– Виола, – ответила я. – Фамилия Тараканова. Но все величают меня Вилкой.
– Ого! Величают! – засмеялась бабуля. – Ну прямо царица Савская. Имя нечеловеческое! Вилка!
– Виола, – повторила я. – Вилка – домашняя кличка.
– Еще хлеще, – не потеряла куража бабуля. – Как плавленый сыр тебя назвали?
– Верно.
– И кличек у людей нет, ты ж не кошка. Родители кто?
– Мама давно умерла, отец раньше был уголовником, сейчас актер, в сериалах занят, – выложила я чистую правду.
– Сойдет, – кивнула Лена. – На фоне жаб и синица королева. Мальчик, вряд ли этот сыр творожный тебе мозг съест. И деньги твои ей без необходимости. Короче, она пока первым номером.
Бабушка развернулась и быстро скрылась из глаз.
– Это ваша мама? – спросила я.
– Няня, – улыбнулся Кинжалов. – Есть у нее мечта…
– Женить его хочу, – произнесла бабуся, вновь появляясь в холле. – Вот помру – кому он будет нужен? Устроит бардак в квартире, начнет жрать в кафешках, денег там кучу потратит, гастрит заработает. Уж сколько он сюда девок приводил! Счет им потеряла. И все чучела, терпения у них нет! Начну расспрашивать – они к Косте: «Чего она пристала?» Вечно к берегу Костика то дерьмо приплывет, то дохлятина. А ты вежливо отвечала, плюс тебе в карму. Но сейчас поняла, что не подходишь Костику в супруги.
– Лена, тебе не угодить, – с самым серьезным видом произнес Кинжалов. – Сама сказала, что она лучшая. И вдруг – не подходит! Как прикажешь понимать?
– Никак, – развела руками бабушка. – Не попался алмаз в навозе. Всем хороша Маша, да не наша! Мусульманской веры она, тебе православная нужна.
– Почему вы решили, что хожу в мечеть? Ни разу в нее не заглядывала, – удивилась я. – Но не посещаю, правда, ни церковь, ни синагогу.
– В дом зашла, а платок не сняла, – объяснила ход своих мыслей Елена и сразу ушла.
Мне неожиданно стало весело. У меня маленькой не было родни в деревне, к которой меня могли отправить на лето. Но мне всегда казалось, что любая бабушка очень любит внучку. Она не строгая, хоть и ворчливая. Старушка обожает девочку, ругает ее лишь из страха, вдруг ребенок вырастет баловницей и лентяйкой. Лучше воспитывать дитя с младых ногтей, чем перевоспитывать после окончания школы. Жаль, что у меня не было бабули.
Я быстро развязала косынку.
– Лена, она сняла платок! – закричал Григорий.
Пенсионерка выглянула в холл.
– Почему стаскивать с головы тряпку не хотела?
– Уши, – коротко ответила я.
– Лопоухие? – уточнила собеседница. – Эка беда.
– Разноцветные, – пояснила я.
– А-а-а, – протянула Елена. – Необычно, тебе идет. Знаешь, лучше иметь дурацкие уши, чем зло внутри себя. Все! Раз ты не мусульманка, то…
– Я давно замужем, – быстро сообщила я.
Елена попятилась.
– Вот же невезение! Может, разведешься?
– Люблю своего супруга.
– Брак на страсти не строят, – объявила пенсионерка. – Семью возводят на умении понимать, помогать друг другу, вместе решать проблемы. Надо не скандалить, не впускать в свои конфликты родню. Муж за жену горой. Тявкнет на невестку свекровь, а сын ей: «Мама, шагайте вон со своим языком и, пока не научитесь его на привязи держать, не возвращайтесь!» Ежели теща на зятя нападет, дочь ей сразу: «Все! Видишь порог? Переступи и домой езжай. Это мой муж, не лезь к нему с замечаниями». Как пирог испечется – угощу!
Елена ушла.
Кинжалов молча провел меня по коридору до своего кабинета, усадил в кресло и начал:
– Спасибо, Виола, что не отказались побеседовать с Леной. Я для нее свет в окне. Вам же известно мое настоящее полное имя?
– Константин Петрович Соломатин, – ответила я, – бывший следователь. Мы сейчас занимаемся делом о смерти Егора Ларина.
– Ясно, – кивнул хозяин. – И у вас, и у меня есть литературный псевдоним. Но давайте использовать в беседе настоящие имена. Скажите, Арина Виолова полная копия Виолы Таракановой?
– Нет, – ответила я, – они отличаются друг от друга. База одна: ни та, ни другая не обидят животных или ребенка, не украдут ничего, ни за какие деньги не предадут тех, кого любят. Но Арина бесшабашная, а Вилка осторожная. Виолова храбрая, а Тараканова трусливая. И это не все различия. Арина, на мой взгляд, улучшенный вариант Виолы.
– Та же история, – признался хозяин. – Кинжалов прямо огонь! Такого натворит в книгах, что Соломатин диву дается. На беду, Костя раньше служил в милиции, хорошо знает, как на самом деле расследование ведется, а Григорию все по барабану. У него труп нашли, в тот же день эксперт все исследования провел, отрапортовал о результатах. Ну, это фантастика с мистикой. Костя пытается Грише объяснить: «Так не бывает». Григорий ему: «Шагай, Соломатин, лесом!» Поэтому предлагаю: давайте общаться как Виола и Костя. Кинжалов и Виолова друг друга не поймут.
– Договорились, – кивнула я и сразу приступила к делу: – Мы прочитали ваш детектив…
