– Но обратите внимание, – продолжила я, – в избе сделан хороший ремонт. Там новая кухня, мебель, одну большую комнату разделили на гостиную с зоной для готовки и спальню. Библиотеку Матвея разместили на хороших полках. Откуда у «зомби» средства? Думаю, Герман и Светлана где-то прятались, очень боялись, что их найдут, а потом решили, что лучше всего заховаться в доме Кузнецова, назваться Галиной и Матвеем. Там их вряд ли искать станут. И годы прошли, в стране настали другие времена. Полагаю, они поселились в избе, и Герман обратился к Егору с просьбой о помощи. Тот не отказал. Он сделал ремонт, помогал паре деньгами. Спустя время умерла Галина-Светлана. Потом Германа-Матвея разбил инсульт. Кто поместил его в дорогой центр реабилитации?
– Егор, – тут же ответила Олеся. – А откуда взялась женщина по имени Валерия Ивашова? Ну та, которую якобы наняла в домработницы Ирина Петровна?
– Ну, последней определенно не существует, – заметил Степан, – это плод фантазии Валерии, которая сказала нам свое ненастоящее имя. Мы плаваем в океане лжи!
Степан встал.
– Думаю, надо выразить соболезнования Анне. Женщина сейчас дома одна, дети за границей. Правда, у нее есть сестра Ксюша. Но все равно необходимо завершить наши отношения. И следует сообщить вдове все, что мы выяснили. Вилка, поехали.
– Ты уверен, что надо действовать сейчас? Хотя… Когда я разговаривала с сестрами, стало понятно, что они не очень любят Валентину Тимофеевну.
– Можно с вами? – тихо спросила Олеся и приезжала кулаки к груди. – Пожалуйста! Я все поняла! Честное слово! Возьмите меня на работу! Я пригожусь!
– Отличненько, – засмеялся Бурлаков. – А я куда денусь? Ты меня подсидеть решила?
Калинина опустила голову.
– Нет! Опять я что-то нехорошее придумала!
Степан посмотрел на пару компьютерных дел мастеров.
– Агентство расширяется, к нам обращается все больше и больше народа, не хватает сотрудников. Оба пригодитесь. Вася, тебе одному сложно сейчас, да?
– Угу, – кивнул Бурлаков.
– Ну, тогда назначаю тебя начальником департамента… э… э… название придумаю. Олеся будет твоим заместителем.
Калинина запрыгала на месте.
– Ура!
– А подчиненные-то у меня есть? – ухмыльнулся Бурлаков.
Олеся показала на себя пальцем.
– Я! Обещаю спорить только по делу.
– О-о-о, – протянул Бурлаков. – Имеем главного по компьютерным технологиям и подглавного по тому же направлению. Все? Или еще кто появится?
– Пока вас двое, а там поглядим, – сказал Степан. – Ты не очень любишь работать в поле, ведь так, Василий?
– Не очень люблю работать в поле? Неверно сказано! Ненавижу выезжать куда-то! Бродить по грязи! Проваливаться в ямы! Прятаться в деревенском сортире! Бегать по крышам! Нырять в прорубь! Увольте! Оставьте меня в кабинете! Ночь! Комп! Кружка кофе! Тишина! Интернет! И, главное, никого рядом! Ни одного человека! Никто не болтает языком! Не кричит: «Вася!»
Степан взял свой телефон.
– Вот и оставайся в кабинете. Олеся, а ты как насчет работы в поле?
– Да, да, да, да, да, да! Хочу! Очень! Все могу! Бегать, прыгать, в Интернете плавать! Вот! Так! Днем ношусь, где скажете, ночью работаю в Сети!
– И через месяц – похороны Олеси, – басом объявил Василий. – На могиле поставят доску: «Здесь лежит неразумное существо…»
Я пошла к двери, Олеся побежала за мной.
– Возьмите меня, пожалуйста!
– Собирайся, – откликнулся Степан.
Калинина подпрыгнула и взвизгнула:
– Я уже собратая!
– «Собратая»! – закатил глаза Василий. – О, Пушкин! О, Достоевский! О, великий и могучий русский язык, тебя обогатили чудесным и ужасным словом «собратая»! Оно органично вписалось в семью, которая состоит из «ложить», «покласть», «ихняя», «ухи», «евонный», «до скольки» и «ко скольки», «уплочено», «текет», «порватый» и «просрачивать»!
– Что не так? – заморгала Олеся. – Нам так всегда в детдоме говорили: «Ты собратая в школу?»
Я взяла ее за руку.
– Потом объясню, пошли в гараж.
– Следовало сразу сообразить, что Анна временно поселилась у Ксюши, – сказала я, паркуясь на обочине. – Дальше нам пешком. В селе нет широкой дороги. Мы там на внедорожниках не проедем.
– На своих двоих дойдем, – кивнул Степан.
Некоторое время мы шагали молча, потом Олеся удивилась:
– Во всех окнах темно.
– Село крохотное, лето закончилось, дети в школу пошли. Народ в Москву вернулся, – объяснила я. – Помнится, Наташа говорила, что из постоянных жителей здесь лишь она и Ксения. Остальные приезжают только на каникулы.
– Тсс, – шепнул Степан, – слышите голоса?
Мы как раз остановились у дома сестры Анны с задней стороны.
– И поволокло же Вальку-идиотку к детективам, – произнес женский голос.
– Это Ксения говорит, – прошептала я.
– Дура она! – коротко ответила Анна.
Степан прижал палец к губам, мы замерли. А сестры, не предполагая, что их кто-то может услышать, продолжили беседу.
– Смешно получилось, – хихикнула Ксения. – Мы наняли детектива, чтобы тетка нашла, где Матвей заховал бумаги. А Валька решила обратиться к сыщикам, чтобы те отыскали человека, который отправил на тот свет ее сыночка!
