В мире, где мы обитаем,Жизнь до того странна,Что сну подобна она.И, если верно рассудим,Жизнь только снится людям,Пока не проснутся от сна.Снится, что он король, королю,И живет он, повелевая,Разрешая и управляя,Думая: «Славу не разделю»,Но славу вручает он ветру-вралю.И славу его потом проверьте,В пепле смерти ее измерьте!Кто ж захочет взойти на трон,Зная, что должен проснуться онТолько во сне смерти?Снится богатому, что богатеет,Хитростью наживая злато,Снится бедному, что всегда-тоОн и бедствует и потеет;Снится кому-то, что все умеет,Снится кому-то, что всех превышает,Снится кому-то, что всех унижает.И каждый в мире собой обольщен,И каждый только лишь видит сон,И никто об этом не знает.Мне же снится, что много летЯ в железные цепи закован,А раньше снилось, что, очарован,Видел я свободу и свет.Что это жизнь? Это только бред.Что это жизнь? Это только стон,Это бешенство, это циклон,И лучшие дни страшны,Потому что сны – это только сны,И вся жизнь – это сон.

Шекспир писал, что жизнь – это история, рассказанная идиотом, полная шума и ярости, но лишенная всякого смыла. Человек, сознательно созидающий смысл, самосовершенствующийся, живущий против жизни, не думающий о себе, встречается крайне редко, потому что такая жизнь обычно превращается в хронический подлинный бред. Например, «Четвертый путь», учение Гурджиева и его последователей, представляет собой типичный хронический подлинный бред с фантастическими космогоническими представлениями о Луче Творения или о том, что Земля является пищей для Луны. Многие произведения философии представляют собой не что иное, как хронический подлинный нарративный бред. Например, когда участники Венского кружка логического позитивизма прочитали в 1927 г. «Бытие и время» Хайдеггера, они оценили это текст как бред. Только Витгенштейн осадил их, сказав, что нельзя называть бредом произведение только потому, что человек в нем совершенно по-иному мыслит. Многие страницы «Анти-Эдипа» Делёза и Гваттари воспринимаются как подлинный хронический бред:

Перейти на страницу:

Похожие книги