Предупредив портье, что через пару минут спустится, чтобы забрать оставленные на хранение ценности, Макс поднялся наверх, подошел к дверям номера и осторожно открыл их ключом, держа наготове оружие: он не раздумывая всадит пулю в кого угодно! Но в номере было пусто и тихо, только чуть слышно жужжал кондиционер.
Франк проверил санузел, заглянул в шкафы и за занавеси, потом с облегчением перевел дух — никого! Но расслабляться и терять бдительность рано. Он схватил чемодан и начал сваливать в него все, что попадалось под руку. И тут раздался телефонный звонок.
Макс невольно вздрогнул и схватился за оружие, но тут же урезонил себя: чего боится? Однако кто ему звонил? После некоторых колебаний Франк решил ответить.
— Алло?
— Эфенди Франк? — мужчина говорил на английском, но с явным восточным акцентом. Звонивший мог быть кем угодно, поскольку в Стамбуле жили армяне, греки, поляки, итальянцы, а в последние годы появилось много русских. И всегда хватало приезжих. Но голос мужчины совершенно не знаком.
— Кто это?
— Ваш искренний доброжелатель, — вкрадчиво произнесли на том конце провода. — Вы уже читали «Акшам»?
— Послушайте, я не располагаю временем для отгадывания загадок, — стараясь сохранить спокойствие, ответил Макс. Неужели с ним хотят вступить в переговоры? Тогда нужно соглашаться и как можно дольше тянуть время, чтобы успеть слинять. — Говорите прямо, что вам угодно? Или я повешу трубку.
— Это неразумно! Чтобы убедиться в чистоте моих намерений, включите телевизор: в программе новостей сейчас передают важную для вас информацию. И не кладите трубку!
Держа радиотелефон в левой руке, Франк подошел к тумбочке с телевизором и после секундного колебания — вдруг там и вправду нечто важное? — щелкнул тумблером включения. Последнее, что он увидел, была яркая вспышка, поглотившая его целиком.
Взрыв оказался настолько силен, что вышибло дверь номера и окна, поранив осколками стекол нескольких прохожих. Тут же надрывно завыли сирены полицейских, санитарных и пожарных машин…
В стоявшей на углу телефонной будке щеголевато одетый сухощавый мужчина вставил в щель автомата магнитную кредитную карту и быстро пробежал пальцами по кнопкам набора. Несколько секунд ожидания, и его соединили с номером офиса Григория Маркина в далекой Москве. Ответил сам Колчак.
— Да, я слушаю! — Казалось, он тут, рядом, а не за тысячи километров.
— Привет, — весело откликнулся худощавый. — Как погода на дальнем севере?
— Нормально, — узнав голос Васина, хозяин фирмы сразу стал приветливее.
— От жары не плавитесь?
— Ничего, терпимо. Лучше давай о своих делах.
— Я закончил, — буднично сообщил киллер. — Мечтаю поскорее убраться отсюда: уж больно тут пыльно и шумно.
— Всегда ждем, — заверил Маркин и тут же, несколько изменив тон, по деловому приказал: — Загляни к Хасану, у него кое-что есть для тебя. А потом можешь возвращаться.
— Меня слишком утомил Стамбул, — прозрачно намекнул Евгений.
— Все пройдет нормально, — настаивал на своем Колчак. — Через пару дней мы встретим тебя в аэропорту.
— Ладно, — нехотя согласился киллер и, не прощаясь, отключился от связи.
Хорошо Гришке: сидит в Москве, принимает деньги и заказы, а выполнять их должен Васин. Лететь в чертов шоп-тур, болтаться по прокаленному солнцем Стамбулу, выслеживать и убирать незнакомых евреев, затеявших тут нечто, что помешало каким-то другим состоятельным бизнесменам, которые уже привыкли и за границей решать вопросы с конкурентами также кардинально, как это с некоторых пор стало принято в России. Вот они их и заказали, а ты, будь любезен, выполни заказ. Прямо, как официант. Может еще прогнуться прикажут?
Хотя за такие деньги прогнешься, да и Колчак шутить не
Заведение Хасана, предлагавшее покупателям различную бытовую электротехнику, располагалось рядом с шумными торговыми рядами в Лалели, где легко затеряться в толпе, но самое главное, хозяин довольно прилично объяснялся на русском языке, что сразу снимало множество проблем.
— Добрый день, — войдя в магазин, поздоровался Евгений и слегка поморщился, услышав, как звякнул на двери колокольчик: почему-то этот звук его всегда очень раздражал.
За прилавком стоял сам хозяин: маленький, полный, с тонкими черными усиками над пухлыми алыми, как у женщины, губами, словно подкрашенными помадой. Он расцвел в улыбке и жестом пригласил гостя пройти в заднюю комнату-конторку:
— Привет, дорогой, привет! Выпьешь чаю?
— Лучше холодного пива, — попросил Васин, опускаясь в продавленное кресло.
— Пригляди за товаром, — велел Хасан болтавшемуся без дела парню и достал из холодильника несколько банок с пивом. — Угощайся, дорогой, сегодня жаркий день.
