Адель делает всё необходимое и проходит в квартиру с большой коробкой. Открыв её, она теряет дар речи и ощущает как к глазам подкатывает привычная волна слёз. Она видит там ту самую шкатулку в виде бабочки из антикварного магазинчика, бардовую дорогую помаду, нежно-голубой шёлковый шарфик, книгу Шарль де Костер — Легенда об Уленшпигеле и детские рисунки, на которых изображены различные животные. Но то, что заставляет её потерять равновесие и рухнуть на пол — это плюшевый мишка с красным бантиком, на котором находится маленький листочек. Она вновь переживает все те чувства, кладёт ладони на бешено стучащее сердце и смаргивает слёзы.
«Это же не шутка? Нет?» — разум бьётся в конвульсиях. Неужто любовь действительно живёт три года? Но это не любовь, это болезнь. Адель давно знает, что страдает стокгольмским синдромом, который губит её уже третий год.
Она берет в руки плюшевого мишку кремового цвета и смотрит на аккуратно выведенные буквы на записке.
Не плачь по мне.
И каждый раз засыпая в обнимку с плюшевым медвежонком, она надеется на то, что это не конец. И каждый раз верит, что злой волк вновь заберёт в своё логово, где она будет вечно танцевать для него.
Твержу себе: на места свои однажды встанет всё, придёт день.
Но только слабость с тишиной одни со мной опять,
Время мчится, исчезая, оно торопит, ход свой не сбавляя.
Но в силах я сделать лишь одно — ждать тебя.
