…От Гостевого Домика до основного здании Летнего Дворца мы добирались по подземным тоннелям на небольшом, но очень уютном флаере. Все время полета внутренние стены машины оставались непрозрачными, а ее обзорные экраны демонстрировали самые выигрышные виды дворцовой территории, фрагменты записей каких-то балов, приемов и праздников. Прекрасно понимая, что это делается из соображений безопасности венценосных персон, мы с интересом посмотрели предложенную запись. А когда транспорт добрался до точки назначения, вышли на перрон, прошли до лифтового холла и загрузились в кабинку, оформление которой просто убило роскошью. Точно так же убил и очередной холл, с которого начиналась так называемая «Тропинкой в Лето». Однако пялиться по сторонам мы сочли невместным и прогулочным шагом пошли по широченному коридору в направлении Веранды.
Да, эта часть Летнего Дворца вызывала у критиков архитектурного шедевра наибольшие нарекания, но мне в ней оказалось по-настоящему уютно. И не только из-за того, что я опиралась на предплечье своего мужчины – мне нравилось выглядывать в виртуальные окна, за которыми располагались трехмерные голограммы самых красивых уголков летних курортов Империи, вдыхать «ароматические шлейфы» каждого из них и мысленно проговаривать имена и отчества тех Романовых, которые когда-то открыли для их родичей то или иное место.
Впрочем, неуемное любопытство уняла без посторонней «помощи» сразу после того, как полюбовалась белоснежным песком и лазурным океаном с архипелага Утренней Росы со Смоленска-три. И последние три десятка шагов до нужного поворота уже не шла, а шествовала. Соответственно, успела настроиться на Большую Игру еще до того, как наша троица появилась в поле зрения Императорских Гвардейцев, изображавших недвижные статуи по обе стороны от резных дверей из мореного дуба.
Как и следовало ожидать, объяснение правил поведения в присутствии венценосных особ не затянулось, и ровно в девять утра по времени Крещатика мы перешагнули через порог одной из самых известных малых трапезных Летнего Дворца. Первые минуты полторы Ярослав и Забава вдумчиво изучали место будущей «битвы». В смысле, разглядывали стол, сервированный на шесть персон, и, вероятнее всего, вспоминали наше ночное занятие. А когда убедились, что на столе нет ничего сверхъестественного, ощутимо расслабились и позволили себе оглядеться. Сначала восхитились красоте картины, выложенной из паркета, затем оценили гобелены ручной работы, натянутые вдоль стен вместо обоев, полюбовались дизайном кованой люстры и так далее. А через какое-то время сообразили, что небольшое озерцо, окруженное зеленой «подковой» елового бора, на которое выходит веранда, вполне реально, и прикипели к нему взглядами.
Я, видевшая все это во время виртуальных экскурсий, получала удовольствие совсем от другого – меня сводило с ума внутреннее спокойствие, ощущающееся в этих ребятах, и от мысли о том, что мы одна семья. Правда, хлопать ушами себе не позволяла – поглядывала на Мещерского, чтобы не пропустить момента, когда ему сообщат о приближении Романова. В результате изменение выражения глаз князя «срисовала» еще до того, как он подобрался, и еле слышно прошептала:
- Поворот на половину четвертого! И-и-и… раз!
Выполнив эту команду, наша троица образовала идеально ровную шеренгу, повернутую к Южной двери Веранды, и услышала добродушный смешок тайного советника:
- Порубежники…
Отвечать на это замечание мы и не подумали – склонили головы перед венценосной парой, входящей в помещение. Впрочем, наблюдать все-таки наблюдали. Как минимум, я. Поэтому, оценив внешний вид Императора, пришла к ряду очень интересных выводов. Для начала, завтрак действительно планировался неофициальным – Романов вышел к нам не в мундире, а в легкой летней рубашке, не скрывающей широченную грудную клетку, в свободных брюках и летних ботинках. При этом расстегнутый ворот позволял оценить толщину шеи, закатанные рукава открывали взглядам мощные предплечья, а струящаяся ткань штанин то и дело очерчивала рельеф порядком перекачанных квадрицепсов. А вот с ростом было значительно хуже – Петр Николаевич оказался чуть пониже меня, соответственно, Локи на его фоне выглядел гигантом. Впрочем, для уроженца «тяжелого» Белогорья такое сложение было скорее нормой, чем исключением. И нисколько не удивляло.
Пока я рассматривала самодержца, порфирородная чета подошла поближе, и мы получили возможность убедиться, что Император действительно не любит официоз:
- Доброе утро, дамы и господа! Времени у меня немного, поэтому разрешаю забыть о чинах, расшаркиваниях и суесловии. Вопросы?
Рефлексы, вбитые на школьных уроках, никуда не делись, так что ответили мы слитным рыком:
- Никак нет!
Романов удовлетворенно кивнул и представил свою «спутницу»:
- Анна Николаевна, моя супруга и личность, которой я доверяю. С вами мы уже виртуально знакомы, поэтому прошу к столу.
