– Лакей, – Старк слабо улыбнулся и попытался подняться. Но лишь сдавленно зашипел и вернулся на диван. Только сейчас маг заметил рваную рану на боку Тони. И показное пренебрежение как рукой сняло.
– Как тебя угораздило? – обеспокоенно спросил он, садясь рядом с гением.
– Испытывал новые технологии. Костюму досталось куда больше, – отмахнулся миллиардер. Только этот человек предпринимал попытки обмануть обманщика. Но на это внимания бог обратил ровно ноль.
– Я уже вижу, что ты хочешь попросить об услуге, – в попытке скрыть довольную ухмылку за насмешливостью Локи закатил глаза. Железный Человек только улыбнулся его проницательности.
– Валяй.
– Фьюри хочет собрать совет сегодня. Можешь отправить вместо меня иллюзию? – Старк с отчаянной мольбой посмотрел на трикстера и развёл руками, в этот раз сдержав недовольное шипение, несмотря на ужасную боль.
– Не хотел бы, чтобы другие узнали просто.
– Сам иди на свой совет. – сказал маг, коснувшись края раны. Тони с трудом сдержал крик и подался в сторону.
– Не дёргайся, – тут же произнёс Лофт.
– Очень своевременное замечание, – буркнул гений, но всё же сидел спокойно, когда бог в следующий раз прикоснулся к ране. Разве что тихо выругался.
– Вот и всё. Сам пойдёшь, – довольно констатировал Локи, когда кровотечение остановилось, а рана частично затянулась.
– Полностью вылечить не могу, как получилось.
– Спасибо и на том. Ты вообще-то тоже приглашён. Правда тебя никто не ждёт там, после безвылазного сидения в комнате, – всё-таки посчитал нужным осведомить трикстера миллиардер.
– Что-нибудь с завтрака хоть осталось? – маг, наконец, вспомнил об истинной цели своего пребывания здесь.
– Нет. Хотя я тоже не завтракал. Джарвис, закажи пиццу, – последние слова он сказал в потолок.
– Хорошо, сэр. Но, к вашему сведению, я нахожусь совсем не на потолке, – Лофт хмыкнул и улыбнулся, глядя на Старка уже с чаем в руках, которому делает замечания собственная программа.
– Невероятно! Моя программа не только вытаскивает тебя из комнаты, так ещё и улыбаться заставляет. Пора мне взять у неё несколько уроков, – шутливо кинул Тони и поставил одну кружку Лофту, а другую взял сам.
– О нет, двух Пятниц я точно не вынесу. Заберите меня отсюда, – показно вымученным тоном протянул бог.
– Сэр, пицца приехала, – раздался голос дворецкого и один из костюмов Старка принёс коробки.
– Они и коробки носят. А я-то думал только репульсорами в меня тычут, – Локи откинулся на спинку дивана с куском пиццы в руке. Чувствовал себя он более чем умиротворённо. И конечно же в этом нет заслуги сидящего рядом Тони. Ведь трикстер так же чувствовал себя, если бы был здесь один. И будь в одиночестве, он так же ведь не забивал бы себе голову тяжёлыми мыслями… так?
– Ты недооцениваешь мои изобретения, – слишком уж обиженно произнёс гений. Переигрывает.
– Судя по твоим словам их все недооценивают, – в комнату неожиданно вошёл Бартон.
– Смотрю, очередное твоё изобретение вытащило доктора Джеймса Грея из комнаты.
– Никто меня не вытаскивал, – заявил маг, закатив глаза, и еле заметно пошевелил пальцами.
– Ой, Клинт, у тебя стрелы разлетелись, – миллиардер едва сдерживал смех, что уж говорить о какой-то улыбке и весёлых искрах в карих глазах. Лучник, ничего хорошего не ожидая, обернулся. Всё его стрелы висели в воздухе и были направлены на него.
– Какая печаль… – в голосе Соколиного Глаза сквозила такая грусть, что кто-нибудь без титула бога обмана мог бы и поверить. Но Леголас, резко схватив одну из стрел, метнул в Лофта. Тот лишь покрутил стрелой, пойманной на лету. Благо, она не взорвалась, как тогда.
– Эй, аккуратней. Я же пошутил, – Локи сразу помрачнел и вернул все стрелы на место.
Мидгард вдруг стал слишком сильно напоминать Асгард, где его шутки принимали всерьёз или даже за оскорбление.
– Ну вот, Бартон, ты всё испортил. А мы только подружились, – насмешливо растягивая Старк всё же попытался придать голосу интонацию безумной утраты. Соколиный Глаз недоверчиво прищурился. Посмотрел сначала на Тони, потом на трикстера, прожигаюшего первого злобным взглядом.
– Подружились? Ты уверен?
– Нет, – коротко отрезал маг. Эта фраза – самое глупое, что он слышал за последнюю сотню лет. И оно было так хотя бы только потому, что это нельзя произносить. Просто потому что этого в принципе не может быть. И, конечно, вовсе не потому, что от этого слова ему ужасно больно.
– Да брось, Лакей. Ты настоящий лжец, – примирительно брошенная необдуманная фраза дорого обошлась гению. И тот был рад, что Лофт не обладал способностью сжигать взглядом. Иначе осталась бы только горстка пепла по имени Тони Старк.
– Да, я лжец, – вдруг неожиданно злобно выплюнул бог.
– Я бог лжецов. И у таких, как я нет друзей. У меня не может быть друзей, – наполненный яростной болью голос Локи на последних словах дрогнул. Трикстеру потребовалось две секунды, чтобы вернуть контроль над собой. Но за эти мгновения миллиардер и лучник увидели более, чем достаточно.
