Дождавшись паузы в стрельбе, я выскочил и быстро приставил отрезанную мной заднюю бронированную дверь к дну машины. Теперь защиты стала лучше. Но тем не менее я опасался идти в атаку, так как не был уверен, что следующие очереди не пробьют дверь или как-то ещё не повредят тела. Сложилась патовая ситуация. Я не мог атаковать сидящих вверху по склону имперцев, они не могли навредить мне. Но мне некого было позвать на подмогу, генерал и Акуна нас бессовестно слили. А вот имперцы наверняка что-то придумают.
— Сдавайтесь! — прозвучал голос сверху. — Вам не выбраться!
Отвечать Пятым я посчитал глупым. Но и решение не придумывалось. Так, надо успокоиться и подумать, как отсюда выбираться. Но достаточно гарантированного выхода я не видел. Я осмотрелся. Вызвать обвал выше по склону, чтобы имперские машины снесло камнями? Нет там камней. Попробовать всё-таки атаковать? Наверное, так и сделаю.
Я собрался с силами. Сейчас мне предстояло атаковать через работающее дестабилизирующее поле, но я, мне кажется, приноровился. Атака, один-два удара, отступление, воссоздать Пятого и снова. Ладно. Помощи ждать неоткуда. Начинаю!
Я сконцентрировался на уплотнении Пятого и из-за этого не сразу заметил, что ситуация в который раз изменилась. Прямо посреди имперских машин опустился матовый серый куб со стороной грани чуть больше метра. Он опустился прямо из воздуха в ременной оснастке. Вот только летательных аппаратов в стелсе мне не хватало. Я поднялся в воздух и полетел к тому месту, куда уходил трос. Но летел я недолго. Невидимый транспорт излучал на порядок более мощное дестабилизирующее поле. Мало того, спущенный куб был ничем иным, как ещё одним генератором этого сраного поля. Но если поле из броневиков было относительно слабым, то эти генераторы фигачили чуть слабее, чем те, что разрушил генерал в тоннеле. Уверен, что будь я в человеческом теле, получил бы уже повреждения. Продуманные паучьи жопы! Теперь они могут беспрепятственно стрелять по броневику с моими телами. Этот день когда-нибудь кончится?
Я вернулся к броневику и собрался уже вытащить тела и попытаться их унести или убить, как ситуация решила ухудшиться ещё раз. Прямо возле броневика с моими телами с неба практически упал ещё один генератор. Работающий, дерьмо паучье, генератор. Теперь я не мог приблизиться ни к принцу, ни к Славику и Димону. Даже с бревном наперевес не получилось бы. Слишком мощное поле.
Я беспомощно завис на расстоянии пятидесяти метров от невидимого летательного аппарата.
Пока я не знал, что делать, ничего и не делал, а вот имперцы знали, что делать, и делали. На расстоянии десяти метров от земли открылся грузовой отсек, что позволило мне немного оценить размеры корабля, и из него спустилась небольшая грузовая платформа с двумя бойцами в полной защите. Всё понятно, будут мои тела паковать. И я не могу ничего сделать. Хотя, что мне мешает метнуть бревно в этих солдат? Ничего.
Хорошо зарекомендовавшее себя в сражении с броневиком бревно валялось не так уж далеко от меня. Я метнулся к нему, схватил, чем вызвал тревожные крики среди солдат. На крики я не обратил внимания и двинулся к перевёрнутому броневику, набирая скорость. Я уже был с размаху запулить совсем нелёгким бревном по имперцам, как резко остановился.
Паучий выродок! А он неплох! Это я про генерала. В охотничьем камуфляже, вооружённый охотничьим же карабином, он бежал, игнорируя поле. Бежал красиво и очень быстро. Каждое движение, несмотря на невероятную скорость, тщательно выверено и продумано. Славик и Димон тоже так могут, но шансов проявить себя у них пока не было.
Имперцы, отвлечённые моим бревном, не сразу замечают новое действующее лицо, а когда замечают, уже поздно. Генерал Тао Нгата уже рядом с ними. Шансов у них нет. Никакая броня не спасёт от его ударов или от выстрела в упор в шею. Но солдаты спаслись. Спасло их не везение, не ловкость и не военная хитрость. Их спасло то, что они изначально не были в списке целей генерала. Проскочив мимо них, генерал вскочил на броневик и не теряя скорости, как говорят акробаты «в темпе», красивым прыжком взлетел в открытый грузовой отсек. И уже вот оттуда сразу зазвучали выстрелы.
Выстрелы звучали всего несколько секунд, после чего возникла тишина. Ни разу, будучи на этой планете, так взволнованно не ждал, когда закончится затянувшаяся пауза. Застыл я с бревном, со стороны оно казалось замершим в воздухе, застыли все имперские солдаты. Даже, наверное, деревья застыли. Настолько затянулся, этот момент, когда ничего не происходило.
А потом из воздуха выпало тело имперского солдата, потом ещё и ещё одно. И ещё два. И снова пауза.
Я всё-таки решил, что раз взял бревно, надо использовать бревно. Даже Штирлиц никогда не надевал кастет просто так. Чем я хуже? Не бросать же добро. Хотя как не бросать? Бросать. Я снова ускорился и запулил свой тяжёлый экологически дружелюбный снаряд в не ожидавших этого солдат. Попал. Сразу в обоих. Бревно припечатало их к броневику. Наверняка без травм не обошлось. А тут и генерал перестал паузы выдерживать.
