— Ладно, почему не поговорить, раз время пока есть. Вернее, уже нет. У тебя нет. Слушай внимательно и удивляйся. Я гражданин Империи, работаю на этой планете по контракту в Службе Контроля. Это подразделение Тюремных войск Империи. Полевой агент. Не такой, конечно, как те, что Ранги пасут, но тоже не без навыков, — рассказ Петрова вызывал больше вопросов, чем ответов, но я чувствовал, что он не врёт, тем более он мог пролить свет на то, что это за планета такая необычная. Также стало понятно, почему он так самоуверен — он успел послать тревожный сигнал, и сейчас сюда прибудет группа захвата. Тут он, возможно, прав, но перебивать его сейчас мне казалось неправильным. Тем временем агент Петров продолжил рассказ. — Мне поступил приказ установить слежку за близнецами Антиповыми. Работаю я инкогнито, люди в моей структуре такие же ссыльные, как и все остальные. Поэтому наблюдение вели обычными средствами. Пару раз засекли проявления вашей аномальной силы. Это когда вы в парке тренировались и думали, что никто вас не видит, а мы с дрона снимали. Мы отчитались, что имеют место проявления способностей неизвестного Ранга. Поступил приказ проверить объекты в различных стрессовых ситуациях. А тут один из вас так удачно на свидания стал ходить, вот мы девчонке носитель и помогли сменить. Да она нам только спасибо сказать должна — такая корова уродливая росла. Ты тоже хорош, мог бы и посимпатичнее найти. Смотреть на вас противно было.
Последние фразы прозвучали в лицо Димону.
Захотелось сделать Петрову больно, но пока рано. Я как мог потушил эмоции. Просто кивнул головой Димона, показывая, что слушаю.
— Стресс показал, что ты, как минимум, можешь неплохо бегать. Сейчас вот в планах было каких-нибудь хулиганов с ножами на вас натравить, но вы себя уже во всей красе показали. Так что теперь только изъятие и повторная обработка.
— А яд ты откуда получил?
— Так начальство передало.
— А где твоё начальство находится?
— Да ты сам скоро узнаешь. Ты думаешь, что у тебя есть шансы против Службы Контроля?
— Не знаю, расскажи мне. Может, есть?
— Знаешь, ты надоел. Думаешь, что меня из броневика достал, и теперь у тебя право допрашивать есть? Ты мне вечер испортил. У меня на ночь целый набор плотских удовольствий был запланирован. Так что я помолчу.
Я прислушался. Ничего не слышно. А чего ж он так, прям, уверен в своей защищённости? Может, блефует?
— А если я тебе сейчас голову откручу, ты не боишься?
— Ну, поменяю носитель. Неприятно, но не страшно. Следующая угроза? — презрительно ухмыльнулся Петров.
— Ну, ладно, меняй. Может, твоя новая рожа меня бесить меньше будет. Но я сначала над тобой эксперимент на болевой порог проведу.
В глазах Петрова мелькнуло беспокойство. И совершенно оправданно. Славик вернул кляп на место, а Димон обманчиво лёгким движением взмахнул ломом и резко опустил его точно на промежность Петрова. Лом был направлен той стороной, где больший изгиб и «раздвоенный язык» на конце. Удар был такой силы, что все первичные половые признаки у Петрова либо размозжило, либо банально срезало.
— На какое-то время ты останешься без плотских удовольствий, — прокомментировал Славик воющему от боли с кляпом во рту Петрову. Усиленное тело сейчас играло против него. Петров испытывал дикую боль, но не терял сознание от шока.
Я отвернулся от скулящего Петрова и стал думать, что делать дальше. Смерти тот не боится, видимо, на этот случай у них задействован какой-то протокол спасения, а вот пытать его, пока он не расскажет всё, что знает, это вариант. Боль ему, очевидно, не нравится. Правда, как спрятаться от настоящих хозяев этой планеты? У них-то совсем другие технические средства. Так, ну что-нибудь придумаю…
Не придумал.
Раздался шум, похожий на свист и гудение одновременно, я только успел поднять к небу головы, как всё вокруг залило фиолетовым светом. Тела под воздействием этого странного излучения взбунтовались. Им вдруг захотелось повиноваться кому-то или чему-то внешнему. Оба моих тела просто жаждали приказов со стороны.
Паучье дерьмо.
Понадобилось приложить массу усилий, чтобы восстановить контроль над каждым телом. Такое напряжение я испытывал, когда проверял себя на максимальное количество тел формикадо, которые я могу контролировать. Я дошёл до двенадцати, но было очень и очень тяжело. И контроль тогда был просто никаким. Сейчас тоже было тяжело, но я смог восстановить полноценный контроль над телами. Достаточно быстро. И первым делом ломом проткнул грудь Петрова в районе сердца. На всякий случай. Тот ещё немного подёргался и затих.
Корабль, а это был именно летающий корабль, завис над деревьями.
Какой-то небольшой атмосферный транспортник. Я уже было примерился, как Пятым сшибу турбину и приготовился отбегать, но остановил сам себя.
