- Доброе утро, - при утреннем свете шрамы и ожоги на его лице проступали очень четко. Карл напряженно на меня смотрел, как будто ища что-то в моем лице. Я приподнялась на цыпочках и поцеловала его в подбородок. - Блин, выше не дотягиваюсь, - сокрушенно посетовала я, затаенно улыбаясь. Карл слегка наклонился, как-то неловко. Я довольно поцеловала его в губы, и спросила:
- Ты ешь кашу?
- Что? Кашу?
- Овсянка. Изюм не нашла, поэтому просто на молоке. Будешь?
- Не знаю, - как-то растерянно сказал Карл.
- Будешь, - кивнула я и разлила кашу по тарелкам. Масло, сахар. - Чай нальешь?
Завтракали в полном молчании. Допивая чай, я тосковала о любимых сигаретах, оставленных в машине.... Курить хотелось неимоверно. Собрала тарелки со стола, подошла к раковине, открыла воду. На плечи снова легли большие горячие ладони. Я улыбнулась и прижалась спиной к нему. Большой, теплый, хорошо-то как.... У меня осторожно забрали тарелку и развернули лицом. Я закинула голову назад, чтобы посмотреть ему в лицо. Нервничает, что ж это такое.
- Линда, - начал он. Я приподняла бровь.
- М?
- Я не буду тебя держать.
- Поясни? - нахмурилась я.
- Ты можешь уйти.
Я дернула плечами, сбрасывая его руки.
- Не дороговато ли? Пол миллиона за одноразовый секс? - я чуть собственным ядом не захлебнулась. Сжала кулаки, наклонила голову.
- Линда....
- Уже ухожу. Извините за беспокойство, - я на третьей крейсерской скорости унеслась в спальню, собирая раскиданные шмотки. Чего-чего, а такого я не ожидала. Напридумывала себе черт знает чего, секс ей, видите ли, дуре, понравился! Решила, что раз мужик нежный, то и я ему нужна. Чертово тело. Всегда хотят только его, а на то, что Я чувствую - всем плевать.
Руки тряслись, перед глазами плыло, в горле - желчь. Наткнувшись на Карла, я отскочила, как ошпаренная.
- Линда! - рыкнул он. Чего еще от меня надо?
- Что?
- Почему ты злишься? - тихий голос.
- По гладиолусу. - Отрезала я, пытаясь свести концы разодранной рубашки.
- Линда.
Я швырнула рубашку в угол, и выдала все, что думала о нем и о себе в частности. Бессвязные обвинения, горечь разочарования - вся истерика выплеснулась на Карла. Итог - совершенно обалдевшее лицо Карла. Я закаменела окончательно, и подняла рубашку с пола. Он тут же выдернул ее из моих пальцев и подхватил на руки меня. Серьезные серые глаза изучали мое зареванное лицо. Я шмыгала носом и отводила взгляд.
- Я понял. Тебе надо было, чтобы я умолял тебя остаться. И ты решила, что я тебя выгоняю.
- Не надо было меня умолять, - пробурчала я. - Надо было просто сказать, что ты хочешь, чтобы я осталась....
- Очень хочу. - Серьезно заверил Карл.
- Ну и все. Поставь меня на пол. Мне умыться надо.
- Ты остаешься?
- Остаюсь. Но ты сам виноват.
- В смысле? - растерялся Карл.
- В прямом. Со мной жить - не сахар.
- Как-нибудь справлюсь, - хмыкнул Карл. - Иди, умывайся, потом поедем за твоими вещами.
- Уже умылась, - я вынырнула из-под струи холодной воды. - И только посмей мне еще выдать что-нибудь из утренней серии.
- И что будет? - поинтересовался Карл, привлекая меня к себе.
- Табуреткой по голове получишь.
- Договорились. Но я больше не дам тебе возможности уйти, поняла?
- Я могу на это твердо рассчитывать?
- Линда, ты сейчас вот отчетливо понимаешь, на что ты соглашаешься? - снова этот напряженный взгляд.
- Я-то хорошо понимаю, - хихикнула я. - А вот ты - смутно. Потом не жалуйся.
- Дурочка. - Боже, ну робкий, как семиклассник. Пришлось самой залезть на табуретку и поцеловать его.
За вещами моими в этот день мы так и не добрались. Мы дальше кухни не выбирались вообще.... Собственно, мы неделю провалялись в постели, совершая набеги на кухню. Зато через неделю мне позвонили. Из нотариальной конторы.
Карл.
Неделя сказки. Головокружительной, сладкой неги, нежности и ласки. Он купался в этой ласке, упиваясь Линдой.
Все закончилось в один миг. Из ее ослабевшей руки выпала трубка телефона, тонкие ладони закрыли совершенное лицо.
- Карл, моя сумка где-то в гостиной, - глухо сказала она. Он быстро принес ей сумку, и молча смотрел, как она вытряхивает из нее всякую мелочь. Схватила блистер с таблетками, выдавила две горошины на ладонь, проглотила.
- Воды?
- Нет.
- Что случилось?
- Фернан умер.
Фернан - ее брат, - вспомнил Карл.
- Соболезную, Линда.
- Спасибо. - Машинально отозвалась она. Скрутилась в клубок на кровати, накрылась одеялом с головой. - Господи, что теперь будет, - тихо простонала она. Он поднялся с кровати и вышел из комнаты. Вид ее страданий разрывал сердце в клочья.
Полчаса висения на телефоне. Он заглянул в спальню. Она так и лежала, свернувшись в клубок.
- Линда.
- Я здесь.
Он сдернул с нее одеяло, сгреб на руки, уткнулся носом в висок.
- Девочка моя маленькая, - вздохнул еле слышно. - Все образуется.
Она еле заметно кивнула.
